Код:

Lilitochka-club

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Lilitochka-club » Литература » Сказки для взрослых


Сказки для взрослых

Сообщений 321 страница 340 из 357

321

ЗАЛ ОЖИДАНИЯ — сказка от Эльфики

http://s4.uploads.ru/IcKy5.jpg

Кто ухаживал когда-то  за тяжело больными близкими – поймет. Это когда в палате 6 человек, когда тяжелый запах и одна санитарка на все крыло, когда надо нести свое постельное белье, и дорогие лекарства, и памперсы, а сиделку нанять не на что, и спать приходится сидя на табуретке, потому что даже раскладушку не принесешь – в коридоре тоже лежат больные, и ты уже сам не понимаешь, на том ты свете или на этом.
Лидочка как раз дошла до такого «потустороннего» состояния. Мама болела, фактически  зависла между жизнью и смертью, и врачи ничего не обещали – смотрели мимо, отвечали неопределенно.
- Что вы хотите? Возраст, — сказал лечащий врач. – Лет ей сколько? Правильно, много. А средняя продолжительность жизни в стране какая? Правильно, гораздо меньше. Ну и вот!
«Так что, он хочет сказать, что мама еще и зажилась?», — подумала Лидочка, но вслух ничего не сказала. Она вообще терялась при встречах с должностными лицами. То есть практически постоянно.
В своем «потустороннем» состоянии Лидочка научилась спать сидя. Ну, не то чтобы спать – отключаться на пару минут. Больше нельзя – вдруг маме что-нибудь понадобится? Хотя мама тоже почти все время спала… И вот в один из таких моментов Лидочке, наверное,  приснился сон. Такой нереально реальный, что даже запахи почувствовались. Вот только что пахло больницей – а вот уже совсем другим – металлом, чемоданами, дальней дорогой… расставанием.
«Аэропорт?» — подумала Лидочка, сосредоточенно озираясь вокруг. Похоже, это действительно был аэропорт. Лидочка находилась на балконе, среди множества других людей, а внизу тоже были люди, и терминалы, и выходы на летное поле. Сквозь стеклянную стену виднелись белоснежные лайнеры, похоже, новые, сияющие на солнце невыносимым светом.
- Объявляется регистрация билетов и оформление багажа на рейс 84, — объявил динамик. – Отбывающих просим пройти к 3 терминалу.
Лидочке сверху было хорошо видно, как внизу вскипело движение, часть людей потянулась  3 терминалу, где уже стояли сотрудники – тоже в белоснежной форме, приветливые и улыбчивые.
«Наверное, непрактично во всем белом работать, пачкается быстро», — подумала Лидочка, которая ежедневно стирала свой белый халат, без него в палате находиться не положено.
Тем временем люди у 3 терминала сдавали багаж, предъявляли билеты и проходили через воротца в накопитель. Странность какая-то в этом была… Лидочка не сразу сообразила, что многие пассажиры очень непривычно одеты. Глаз выхватывал то тут, то там людей в байковых халатах, в ночных рубашках, в майках и трико, и Лидочка с изумлением заметила даже несколько совершенно голых товарищей. Впрочем, никого из «нижних людей» это не смущало – как будто так и надо.
И еще одна странность не сразу, но определилась: в воротца заходили каждый в своей одежде, а из них выходили в одинаковых белоснежных просторных балахонах. И багаж оставляли весь, подчистую – в руках у прошедших контроль не оставалось ни пакетов, ни сумочек, ни зонтов, даже билетов не было.
«Антитеррористические мероприятия? — предположила Лидочка. – Чтобы ни бомбу, ни пилку для ногтей не пронесли? Что-то я о таком не слышала…».
И тут Лидочка увидела… Нет, она сначала не поверила своим глазам. Но сомнений не было: там, внизу, в широкие раздвижные двери только что вошла мама. Точно – мама! В своем полосатом халате, который Лидочка только вчера выстирала и выгладила, в теплых носках и кожаных шлепанцах, в правой руке хозяйственная сумка, в которой Лидочка ежедневно носила в больницу куриный бульон, соки и яблочное пюре, а в левой…
«Билет! – ахнула Лидочка. – Но как… Куда??? Она же больна!!!».
Мама стояла и растерянно озиралась по сторонам.
- Мама! Ма-ма! Я здесь! – изо всех сил завопила Лидочка, бросаясь к металлическому парапету. – Мама, посмотри наверх!
- Куда вы, женщина? Это нельзя! – раздалось за спиной, и сильные руки оттащили ее назад.
Лидочка обернулась и увидела охранника – в белоснежной форме, и эмблема с крылышками на шевронах и на фуражке. На кармашке было вышито: «Служба безопасности». Он был явно должностное лицо, поэтому Лидочка сразу опомнилась.
- Извините, я не хотела. Там моя мама! – сбивчиво заговорила Лида. – Я просто ее позвала. Вот и все. Я ничего не нарушала…
- Отбывающих не положено звать, — разъяснил охранник. – Им вообще мешать нельзя. Дело-то серьезное!
- Ну да, я понимаю, — смешалась Лидочка. – Только мама не может здесь находиться! Она сейчас очень больна, понимаете? Я вообще не знаю, как она здесь очутилась… И потом – она за всю жизнь ни разу на самолете не летала! Да и лететь-то ей некуда!
- А вы разве не провожающая? – теперь охранник выглядел несколько смущенным.
- Да нет же! – с отчаянием сказала Лидочка. – Как же я могу ее провожать, если ей нельзя улетать? Ей лечиться надо! Мне надо туда, вниз, к ней! Где тут выход?
- Выход тут один – назад, в город, — медленно сказал охранник. – Вниз вас не пропустят. Туда только с билетами…
- Господи, ну что за порядки странные? А где тут касса? Я куплю билет!
Лидочка говорила и неотрывно следила глазами за мамой. Та медленно двинулась по залу, рассматривая терминалы и то и дело заглядывая в билет.
- Билет вам, скорее всего, не продадут, — сказал охранник. – У нас тут только по брони… Ваша очередь еще не скоро подойдет. Вы уж мне поверьте.
- Но что же делать! – со слезами вскрикнула Лидочка. – Кричать нельзя, вниз нельзя, а что можно???
- Знаете что? – вдруг решил охранник. – Пойдемте со мной в Зал Ожидания. Если начальство разрешит – устрою вам встречу с мамой. И вы обо всем поговорите. Пойдет?
- Пойдет! – обрадовалась Лидочка. – Спасибо вам! Вы очень добры!
Зал Ожидания оказался тут же, неподалеку – он был просто отгорожен от остального пространства стеклом и оборудован удобными креслами.
- Располагайтесь, ждите. Я должен получить пропуск для вашей мамы, — сказал охранник и удалился.
Лидочка села и стала ждать. Она немного успокоилась и стала рассматривать окружающее пространство.
- Тоже не успели попрощаться? – спросил ее высокий старик, сидящий неподалеку.
- Да нет, я вообще не собиралась прощаться, — охотно откликнулась Лидочка. – Это какая-то ошибка!
- Тут ошибок не бывает, — вздохнул старик. – Если билет куплен, то надо лететь…
- Да ерунда, билет всегда можно сдать, — отмахнулась Лидочка. – Просто все это как-то неожиданно…
- Тут вы правы, это – всегда неожиданно, — покивал старик. – Вроде готовишься, готовишься, а вот приходит пора расставаться – и все равно не готов. А вы кого провожаете?
- Да не провожаю я! Маму тут, внизу, увидела. Но меня к ней не пустили. Сказали ждать.
- А, понятно. А я вот – жену. Ну, мне бы только попрощаться – и все. Пускай летит. Раз решилась…
- А куда она у вас летит?
- Как куда? Здесь все в одном направлении летят – на Тот Свет. Других маршрутов нет.
- Куда? – оторопела Лидочка.
- На Тот Свет, — терпеливо повторил старик. – Оставляют накопленный багаж… Сдают билет, он же все равно – в один конец… Переодеваются  чистое… И в полет!
- А… Ох… Да… Что вы такое говорите??? – с ужасом выдавила Лидочка.
- А вы разве не знали? – спокойно удивился старик. – Хотя – да, вы еще молоденькая, откуда вам. Первый раз, наверное, близких провожаете?
- Да не провожаю я! – вскричала Лидочка. – Мама жива! Жива! И никуда не собирается лететь! А если и собирается, я ее никуда не отпущу!
- Эгоистично, — заметил старик. – А маму-то вы спросили, хочет она остаться или хочет улететь?
Лидочка набрала побольше воздуха, но так и выдохнула его, не преобразовав в слова. Маму она не спрашивала. И не знала, что там она хочет или не хочет. А врать Лидочка не умела и не любила. Поэтому и сникла, растерянно глядя на старика.
- Ну-ну, не расстраивайтесь, -  сочувственно сказал дед. – И простите меня, дурня старого, если что не так. Я вас понимаю. Я-то к своей старухе вот-вот следом прилечу, а вам-то с мамой еще нескоро встреча предстоит. Так что понимаю ваши переживания.
- Какая встреча? – слабым голосом простонала Лидочка. – Мама вовсе не собиралась умирать, ну правда! Вы ведь это имели в виду?
- Это, — подтвердил старик. – Только вот что я вам скажу: сознательно собираются умирать – только самоубийцы и святые. А все остальные – думают, что хотят жить, а на самом деле, в глубине души, бог весть, что они там собираются.
- Мама не самоубийца и не святая, — ответила Лида. – Она просто – мама. Мы знаете как с ней ругались? Она меня всю жизнь гнобила: то похудей, то причешись, то приведи себя в порядок. Я на нее обижалась, злилась. Ругались. Но теперь у нас все изменилось. Мама наконец-то поняла, что была неправа. Она раскаялась, в церковь ходила, причащалась, исповедовалась…  Да у нас жизнь только-только началась!
- Между прочим, когда человек расплачивается со всеми земными долгами, его уже мало что держит на земле, — заметил старик. – Ваша мамочка, похоже, завершила незавершенное, ну и вот…
- Так. Давайте мы пока про маму не будем, — решительно сказала Лидочка. – Вот встретимся – и тогда все выяснится.  А пока переменим тему, ладно?
- И то верно, — согласился старик.
- А вот ваша жена, она тоже не собиралась… ну, улетать?
- Нет. Не собиралась. Ходила, скрипела, меня понемногу пилила. Все неожиданно произошло. Меня и дома-то не было. Так что попрощаться не успел. Только это и гложет. А так – что ж, раз билет приобрела, значит, так надо. Пора, стало быть.
«Безбилетных пассажиров экстренного рейса вне расписания просим пройти к кассе. Повторяю…», — раздалось из динамиков.
- А эти как же? Которые без билета? – тут же спросила Лидочка.
- Это которые совсем неожиданно. В катастрофах, например. Ну, ничего, выдадут им билеты. Поторопились маленько, а так тут все предусмотрено. Даже если вне расписания.
- А когда дети умирают, это как, тоже предусмотрено? – гневно спросила Лида.
- Предусмотрено. Дети, не дети, а если надо вернуться – значит, летят. Вы, моя хорошая, пока еще не знаете, что здесь мы все гости. А Дом наш – там. Оттуда приходим, туда и возвращаемся. С годами поймете.
Откуда ни возьмись неслышно возник охранник.
- Вам разрешена встреча. Пройдемте.
- Извините, спасибо, до свидания, — вскакивая, торопливо попрощалась со стариком Лидочка. – Ой, мамочки… Боюсь!
… Мама ее ждала. Улыбалась. Выглядела она очень неплохо – помолодевшей, посвежевшей, как будто и не было болезни, и даже глаза блестели по-молодому.
- Мама, мамочка, ну что ты, ну куда ты? – бестолково говорила Лида, обхватив маму руками и вцепившись к ней, как обезьяний детеныш.
- Лида, Лидуня, ну чего ты, ну ладно тебе, — приговаривала мама, гладя ее, как маленькую, по голове.
- Мама, как ты здесь оказалась?
- Лидуня, да какая разница? Ну, оказалась и оказалась… Ты не переживай.
- Ну как не переживай? Мам, тебе лежать надо…
- Уже не надо, — весело сказала мама и слегка отстранила ее от себя. – Лид, мне так хорошо сейчас стало! Как будто лет 30 сбросила!
- Мама, ты правда хочешь… улететь?
- Правда, — сказала мама. – Устала я здесь, Лидунь. Отдохнуть хочу.
- Мамочка, да мы тебя отправим отдыхать куда хочешь. Ну хочешь в Пицунду? Или в Алушту? Ты скажи, мам…
- Не хочу. Хочу домой… На самолете.
- Мама, это нечестно, — жалобно сказала Лида. – Ну у нас же только что все наладилось!
- Вот видишь… Наладилось, и слава богу! Теперь ты сможешь с этим жить долго и счастливо.
- Я не хочу жить без тебя! – воскликнула Лидочка.
- Тебе пора взрослеть, — мягко сказала мама. – Пора стать самостоятельной…
- Мама, ты не имеешь права меня вот так бросать! – требовательно сказала Лидочка. – Ты должна быть здесь, с нами!
- Знаешь, почему я заболела? – вдруг спросила мама. – Честно говоря, чтобы просто отдохнуть. Мне так надоели все эти «не имеешь права», «должна»… Только в болезни от всего этого и спрячешься. Устала я. Вы уж сами как-нибудь. А я хочу покоя.
- Мама, мамочка, ты мне нужна! – заплакала Лидочка. – Я без тебя пропаду. Не уходи!
- Если я останусь, ты никогда не вырастешь, — возразила мама. – Так и будешь ждать команды. Я поняла, что сделала много ошибок. Я все время стремилась руководить тобой, контролировать твою жизнь, уберечь тебя от неправильных шагов. Это из лучших побуждений! Но теперь я поняла, что этой заботой только навредила тебе. Ты теперь без моего руководства чувствуешь себя неуверенно. Хотя уже сама мамой стала…
- Мама, что мне сделать, чтобы ты осталась? – в отчаянии спросила Лида. – Ты не думай, я уже взрослею! Я каждый день взрослею! И ты мне нужна вовсе не для того, чтобы руководить!!! Ты мне просто так нужна! Потому что я тебя люблю!!!
- Свидание окончено. Прощайтесь, — раздался голос охранника.
- Нееееет!!!! – отчаянно закричала Лидуня и рванулась к маме.
… Грохот табуретки разбудил всю палату. Лида сидела на полу и ошарашено вертела головой, потирая ушибленную коленку.
- Лидочка! Лида! Доченька! Что с тобой? – встревоженно спрашивала мама, приподняв голову с подушки.
- Сон. Мама, мне сон плохой приснился.
- Нагнись, я тебе в лоб подую, и все пройдет.
Лида нагнулась над мамой и послушно дала подуть себе на лоб. Сразу стало легче.
Мама притянула к себе Лидочку и прижалась щекой.
- Я тебя тоже люблю, — шепнула мама.
И Лидочка заплакала, потому что ей стало жалко маму, и себя, и всех, кто провожает своих близких в этом сияющем аэропорту, и не хочет их отпустить, потому что без них жизнь станет намного сложней, и всегда останется что-то недосказанное, недоделанное, недопонятое…
Когда мама снова уснула, Лидочка вышла в коридор, прижалась лбом к холодному больничному окну. За окном поздняя осень все никак не могла стать зимой, и голые черные ветки деревьев торчали немым укором, как будто это Лидочка была виновата, что снега все нет и нет…
- Я никогда не буду больше давить на маму, — решила для себя Лидочка. – Если ей так хочется уйти – она имеет право. Даже если мне будет больно… Но мечтать, чтобы она осталась – мне ведь никто не запретит, да? А вдруг она захочет сдать билет и еще немного побыть с нами… Было бы здорово! Я просто буду давать ей любовь. Много любви! И почаще улыбаться – как те люди в аэропорту. Если она будет чувствовать себя счастливой здесь, то зачем ей Туда???
И Лидочка решительно пошла назад, в палату, ставшую для нее Залом Ожидания – дарить маме много-много любви, без всяких условий, а просто так, ни за что. Потому что любовь – это единственное, что держит человека на Земле…
Автор: Эльфика

+2

322

НУЖНИК — сказка от Эльфики

http://s1.uploads.ru/Np7M9.jpg

          Жил-был человек, и жизнь его была не очень веселой. Это потому что куда глаз не кинь – кругом одни нужники, и на вид неэстетично, и запах нехороший, тяжелый. Нужников у него во дворе было не то десять, не то пятнадцать – он уже и со счету сбился, так что, может, и больше.
Как известно, нужник в хозяйстве – сооружение не просто полезное, но и жизненно необходимое. В самом деле: если есть отходы, значит, их нужно куда-то сливать. Вот для этого и строят на подворье будки-скворечники. Даже само название «нужник» уже говорит о том, как он нужен людям.
Устроен нужник просто и незамысловато: деревянная будка, круглое отверстие, а под ним – выгребная яма.  Почему выгребная? Потому что время от времени из нее надо выгребать содержимое и отвозить куда подальше, на утилизацию. Можно, конечно, и самому выгрести, но лучше пригласить специалиста, у него есть инструменты и транспорт соответствующий, получается и быстрее, и качественнее. В принципе, все так и поступают, почистили – и можно снова пользоваться нужником в свое удовольствие.
А у нашего Хозяина было по-другому заведено: как только выгребная яма переполнится, он нужник не чистит, а заколачивает досками крест-накрест, а рядом другой ставит. Почему так? А Бог его знает, почему! Все его предки так поступали, а кто он такой, чтобы традиции и устои менять? Забил – и все, нет вопроса. Так что ему по наследству от родичей и так уже несколько нужников досталось, а еще свои потихоньку добавлялись, вот и получился целый лес из деревянных «скворечников», света белого из-за них не видать…
Надо сказать, что Хозяин был человек неглупый и работящий, мог бы, конечно, не ставить новые нужники, а заняться чисткой уже имеющихся, но… Не переносил он ни вида, ни запаха содержимого выгребных ям. Да, конечно, это были произведенные им же отходы, но тем не менее – ну не мог он заставить себя это даже рассматривать, не говоря уже о том, чтобы вычерпывать… А что на помощь никого не позвал или работников не нанял – так это потому что человеком он был добрым и даже немного робким, и не мог он себе представить, что кто-то другой будет ковыряться вот в этом всем «добре»… Уж если ему самому и страшно, и противно от того, что он из себя извергает, как же он это на кого-то другого свалит? Нехорошо это, непорядочно…
И еще одна причина была: жил в нем большой страх, что если кто-то посторонний увидит, какой он внутри, то сразу в ужасе от него отвернется, не будет его уважать и дружить с ним не станет. Он ведь и так жил, можно сказать, одиноко. Боялся он гостей привечать, а вдруг заинтересуются, зачем ему столько нужников, что за хобби такое странное? Вот и жил отшельником, на отшибе… На жизнь же себе зарабатывал тем, что животных лечил – очень уж хорошо у него со зверьем получалось, лучше, чем с людьми.
А вот люди его порой раздражали, ох как раздражали! В отличие от животных, они лгали, воровали, убивали, лжесвитедельствовали, мздоимствовали, прелюбодействовали и вообще нарушали все законы Божьи и человеческие. Порой думалось: «Был бы Творцом, все бы это безобразие к черту разрушил и заново сотворил!», но вслух, конечно, ничего такого он не говорил, держал свое мнение при себе. Вот такие противоречивые чувства его переполняли… Иной раз так его распирает – вот-вот взорвется и всех обрызгает.  Чудом, можно сказать, сдерживался, исключительно силой воли.
И вот однажды рано утром постучался в его ворота человек незнакомый, помощи попросил.  С собакой у него беда стряслась – его защищая, вступила в смертельную схватку и была сильно изранена. Хозяин отказать не мог – собака и правда плоха была, требовалась срочная помощь. Повздыхал, но впустил на подворье.
Управился он не скоро, вроде починил псину, но надо было еще подождать, пока оклемается. Время к обеду шло, позвал он человека перекусить чем Бог послал.
За трапезой как-то разговорились.
- Собака-то твоя али подобрал где?
- Моя псина, мы, почитай, годков семь уже вместе по свету ходим.
- А ты кто будешь, мил человек, вроде как странник?
- Странствующий золотарь, — ответил тот.
- Золотарь? По ювелирным делам, что ль?
- Можно и так сказать. Работа ювелирная, это точно. Ассенизатор я,  нужники чищу.
- Что???
- Выгребные ямы вычерпываю. Профессия редкая, но нужная. Без меня люди захлебнулись бы в своем… прошлом, в общем.
- В чем захлебнулись?
- В прошлом. Ведь то, что в выгребную яму идет,  это наше прошлое. То, что мы употребили, переварили и выплюнули. Отходы производства, значит…
- Ох ты… Это что ж за такое производство, если у него такие отходы???
- Золотопромышленное. Жизнь, она ведь штука такая… драгоценный опыт в ней просто так не валяется, его среди всякого мусора и хлама вручную отыскивать приходится, а потом еще переварить и усвоить надобно. В общем, сокровища – в родовую копилку, а остальное – в нужник. Кстати, приметил я, что вроде у тебя во дворе не один нужник, а с целую дюжину будет?
- Больше… — уныло сказал Хозяин.
- А зачем тебе? Или на продажу строишь?
- Да какое там… Мои нужники, собственные.
- А зачем так много? У людей и два-то редко встретишь, обычно одного хватает, а у тебя вон сколько! Вроде и живешь один… На каждый день по нужнику, что ли? В чем прикол, не пойму?
- Да какие тут приколы… Рабочий-то один, а остальные – заколоченные.
- А чего так?
- Дык переполненные, к дальнейшей эксплуатации не пригодны.
- Ну??? А чего не чистишь?
- Да вот так как-то… Тревожить неохота. Его ж не тронь – оно не пахнет. А сунься, всколыхни  – такая вонища пойдет, что всем чертям тошно станет. Мне проще новый построить, чем старый разворошить.
- Вот это да!!! Первый раз вижу, чтобы человек так за свое дерьмо  держался. Обычно все стараются поскорее от него избавиться. И чем же тебе оно  так дорого?
- Да чего там дорогого-то? Ты вот говоришь – «золото». А что-то я никакого золота не приметил. Не было его! Жизнь, если вдуматься, сплошное дерьмо, и столько его, что захлебнуться можно.
- Ну, с таким-то подходом, оно конечно, одного нужника маловато будет…
- Так я и говорю!  Пока нужник заколоченный – содержимого не видно, забываешь даже о нем. А в том, которым пользуешься, волей-неволей все это видишь и нюхаешь, и мерзко от того, что жизнь такая дрянная, и сам я все это в себе ношу… Да что я тебе рассказываю, ты же с этим, небось, что ни день сталкиваешься? Не пойму, как вообще можно такой работой заниматься и не повеситься? Небось, каждый день судьбу проклинаешь, а, золотарь?
- Да с чего же мне ее проклинать-то? – удивился тот. – Не работа меня выбирала – я ее.  И отец мой золотарем был, и дед – так что, династия, можно сказать. Но никто меня не принуждал, я сам так решил.  Хорошая работа, светлая.
- Светлая??? Да ты, золотарь, надо мной смеешься! Тут поверху ходишь – содрогаешься, а ты туда, вниз спускаешься, в самую клоаку, и чего ж там светлого быть может?
- Не смеюсь я, ты что, и не думал даже. Оно конечно, от точки зрения зависит. Моя точка зрения такая: мы, ассенизаторы, Мир от пакости всякой чистим.  Выгребная яма, ясное дело, место малопривлекательное. Но когда ты ее вычерпаешь, выскребешь да почистишь – душа поет! Сразу там и солнце, и простор появляются!  Хоть и знаешь, что ее немедленно снова наполнять начнут, а все ж хоть на время, да очистилась. А люди мне звонкой монетой за это платят. Идешь домой – карман тяжелый, а душа легкая, и светло там! Это потому что я работу свою хорошо сделал, с любовью и на совесть. Можно сказать, пространство для будущего кому-то освободил!
- Чувство знакомое. Когда встречаю животинку какую, мною вылеченную, тоже на душе легко и светло.  Она бежит, хвостом размахивает, кивает и в глаза глядит, видать, помнит меня… Вот в такие минуты жить хочется!
- Ну, вот видишь… Значит, понимаешь меня. Как ты к жизни относишься – так и она к тебе. Ты ее принимаешь – и она тебя примет. Ты ее отвергаешь – ну и она тебя тоже.  Ты от дерьма свое пространство не чистишь – ну, чего ж пенять, что тебе все дерьмовым кажется?
- Вон как ты повернул… Так ведь я не сам это придумал, в нашем роду испокон веков так делали. Переполнилась яма – забили и забыли. Всегда новую выкопать можно. А как та заполнится по самое «невозможно» – к следующей переходим. Вот так мои предки и жили…
- Ну так ты уже не малец, можешь все поменять, коли нужда есть. Выгребешь все старое, отжившее, ненужное, ямы лишние закопаешь, нужники древние снесешь, а на этом месте что-нибудь полезное построить можно или цветник разбить.  Оставь ты себе один нужник, для повседневного пользования, и вовремя очищай – и сам удивишься, сколько места у тебя для жизни освободится.
- Ты чего такой умный, золотарь? Образованный, что ли?
- Да нет, какое там… Просто нас, золотарей, люди чураются, вроде брезгуют. Да и то сказать – кому понравится, если ты их как бы изнутри видишь, со всеми их внутренностями и непотребностями? Вот поневоле сам с собой разговариваешь, а так философом стать – раз плюнуть. Такие вот дела…
- Значит, и тебе к одиночеству не привыкать…
- Да нет, у меня друг есть. Пес, верный мой спутник и товарищ. Так и ходим по дорогам земным, а останавливаемся там, где много отработанного материала накопилось и очистка требуется.
- Ну, видать, Господь тебя ко мне привел.  У меня тут – поле непаханое, а вернее – ямы нечищеные. Помоги, золотарь, в долгу не останусь!  Я пока твоей собаке помогу на ноги встать, а ты – мне.
- Идет! – и золотарь поднялся из-за стола. – Собака пусть у тебя побудет, а я за инструментом схожу.
… Такого зловония Хозяин себе представить не мог. Разбередил золотарь старые залежи, смрад поднялся невыносимый. Но он все время вспоминал слова золотаря о том, что в вычищенной выгребной яме сразу и свет, и простор появляются, и место для будущего, и ему сразу легче становилось. Сам он тоже не сидел сложа руки – притащил топор и гвоздодер и «распечатывал» заколоченные нужники.
- Ох и накопил ты, ох и накопил, — качал головой золотарь, вытаскивая на свет божий очередное ведро. – Это ж ты себе своими руками все жизненные каналы перекрыл и грязью всякой законопатил! Ну ничего, глаза боятся, руки делают – вот еще на одно ведро светлее стало!
Он про выгребную яму говорил, а Хозяину вроде и самому светлее становилось, и даже улыбаться с чего-то хотелось – вот дела!
Золотарь свое дело туго знал, у него все спорилось, и вскоре уже Хозяин снес первый нужник – старый, потемневший от времени, с насквозь проржавевшими гвоздями, а за ним второй, третий…
- Ого, какое у тебя огромное подворье! – подивился золотарь, окидывая взглядом освободившееся пространство.
- Сам удивляюсь, — почесал в затылке Хозяин. – Я-то, бывало, расстраивался, что тесно и темно, психовал даже.. А оказывается – вон сколько земли мне в наследство предки оставили!
- Скоро будет еще больше, — пообещал золотарь, направляясь к следующему объекту.
…Понадобился не один день, чтобы заровнять последнюю яму. Теперь все могли разглядеть красивый, крепкий трехэтажный дом с широким крыльцом, к которому от калитки вела выложенная камнем дорожка. Нужник, выкрашенный зеленой краской, как ему и положено, прятался на задворках и в глаза не бросался.
- Хорошо! – с чувством сказал золотарь, озирая подворье, и его выздоровевшая псина восторженно гавкнула, словно соглашаясь с ним. – Чем пространство заполнишь?
- Сделаю теплый вольер для своих пациентов, — не задумываясь, ответил Хозяин. – Давно мечтал, да места не было.
- Место-то было, обзору не было. Обзор-то тебе нужники заслоняли. А теперь – другое дело!  Теперь смотри хоть налево, хоть направо, хоть круговым обозрением – красота!
- Красота, — согласился Хозяин. – И настроение у меня отличное, и вроде как в мозгах просветлело, и жизнь мне уже такой мрачной не кажется.  А дышится, дышится как!
- Еще бы, — хмыкнул золотарь. – Ты ж с вековыми залежами расстался, свое прошлое разгреб, можно теперь вздохнуть полной грудью.
- А все же я бы так, как ты, не смог, — сознался Хозяин. – Копаться в чужом дерьме – это, знаешь ли, выше моих сил…
- Да ну? – прищурил глаз золотарь. –  А то в твоей жизни этого нет? Ты ж вон операции делаешь, живность всякую лечишь, а там кровь, гной, да и экскременты тоже… Только ты их не замечаешь, потому что дело свое делаешь с любовью, от души.
- Ну так то звериное, а то людское, — возразил Хозяин.
- Все под Богом ходим, и звери, и мы, — заметил золотарь. – И что характерно,  он нас всех пригревает, никого не гонит. Стало быть, достойны! И ты достоин!
- Достоин… — эхом отозвался Хозяин, словно все еще сомневался в этом.
… По дороге уезжала-громыхала телега с бочкой, за ней, весело взлаивая, бежала собака, а золотарь шел впереди, вел под уздцы лошадь. Летнее яркое солнце бросало на бочку свои лучи, из-за чего она временами и впрямь казалась золотой. Иллюзия, конечно, но все же…
- Надо же… Счастливый ведь человек! – пробормотал, глядя ему вслед,  Хозяин. – При такой жизни – и счастливый!  Золотарь…
И ему стало даже немножко стыдно, что он потратил столько лет своей жизни на строительство нужников. Но ничего, у него было еще много времени, чтобы изменить свое будущее. Он его уже видел, ведь теперь ему ничего не мешало!
Автор: Эльфика

+1

323

СКАЗКА ПРО ТРИЕДИНОЕ ГОСУДАРСТВО

http://sd.uploads.ru/LrGvS.gif

ИЗ НОВОЙ КНИГИ «КАК МАМОЧКА ЗА ЧУДОМ ХОДИЛА»
По теории Эрика Берна, в каждом из нас живут Внутренний Ребенок, Внутренний Взрослый и Внутренний Родитель.  Ребенок — это  наша спонтанность, радость жизни, творчество — и в то же время детский эгоизм, беспечность и разбросанность. Родитель — это наш опекун, хранитель мудрости, опыта и традиций, но он же может стать ментором и постоянным критиком. А Взрослый… Взрослый — это наш Деятель и Созидатель, он принимает решения и воплощает их в жизнь.  Если все трое дружат между собой — отлично, это признак гармоничной Личности. А если нет… Тогда плохо всем!
           
В одном цветущем и теплом краю располагались три государства: Детское Королевство, Родительская Монархия и Взрослая Республика.
В Детском Королевстве каждый день был новый король, потому что предыдущего скидывали – всем хотелось взобраться на трон и посидеть. Так же и утром: кто первый встал, того и горшок. А еще там целыми днями царила неразбериха и суматоха, потому что всем хотелось пошуметь, побегать и побеситься, и никто себе ни в чем не отказывал. Промышленности там вовсе никакой не было, так как работать никто не хотел, а все хотели играть. Строили там в основном песочницы и детские площадки, а домики делали из старых покрывал, набрасывая их на столы: стол – крыша, покрывало — стены.

Дети часто ссорились между собой и даже время от времени дрались, потом плакали и бурно мирились. А иногда несколько детей собирались вместе и начинали подговариваться против кого-нибудь, тогда вообще наступал полный хаос и кавардак. Питались дети в основном конфетами, пирожными и чупа-чупсами, поэтому столовых не строили, зато всяких ларьков было великое множество. В общем, жили в Детском королевстве весело, но суматошно.

В Родительской Монархии, напротив, царил суровый порядок и полная тишина. Это потому что жители с утра до вечера занимались научной деятельностью: писали законы и следили за их выполнением. Поскольку родители были все как один законопослушными, то законы выполнялись неукоснительно, любые отклонения тут же карались пожизненным заключением. Строго по графику, с 18.00 до 19.30 по понедельникам, средам и пятницам в чистых до стерильности залах заседаний повсеместно проводились диспуты по текущим проблемам и изменениям в законодательстве, на которых от скуки мухи дохли, поэтому в Монархии даже насекомых не водилось. И в целом по стране было мрачно и скучно. Да и как еще может быть в государстве, где дома и деревья выстроены ровно, по линеечке, питание строго сбалансировано, а любой шаг определен регламентами и предписаниями? Ведь уважающий себя родитель сызмальства без инструкции даже в уборную не выходил, не говоря уже об общественных местах…

Взрослая Республика была как раз посерединке между Детским Королевством и Родительской Монархией. Республика процветала и обогащалась на поставке чупа-чупсов и прочих сладостей детям и на непрерывных поставках бумаги и чернил родителям. Да, да, родители предпочитали писать по старинке, чернилами, и этот продукт у них очень ценился и назывался «черное золото». Взрослые умели и любили работать, и созидание было их главной целью жизни. Они созидали все – от горшков для детей до академических шапочек для родителей, добывали природные ископаемые и строили космические аппараты. Только вот наряду с процветанием и обогащением все больше наступала в республике всеобщая усталость, разные болезни одолевали, да и смертность неуклонно увеличивалась. Но взрослые не обращали на это внимания, потому что нужно было развивать промышленность и инфраструктуру, проводить геологические разведки и наращивать темпы производства.

Шло время, население всех трех стран разрасталось, и все больше требовалось покрывал для домиков и качелей для детских площадок в Детское Королевство, а также комплексных обедов и противорадикулитных поясов в Родительскую Монархию. А у взрослых, как назло, спад производства – и оборудование износилось, и половина работоспособного населения то и дело на больничном сидит, потому что сил больше нет. В общем, стали поставки срывать и оставлять соседей без полезных материалов и без полноценного питания.

Вот тогда-то все и заволновались. Родителям надо законы новые писать – а нечем и не на чем. Детям развивающих игр не хватает и кушать очень хочется. А взрослые еле шевелятся, как осенние мухи, вот-вот и вовсе в спячку впадут. Что делать? Как выживать?

История не сохранила сведений, кто первый подал идею устроить общий сбор. В детских летописях он называется «Большая Тусовка», в родительских – «Всеобщий Саммит», а у взрослых – «Триединое Царство». Названия разные, но события описаны одни и те же: общий сбор состоялся, и на нем были приняты судьбоносные решения.

Но сначала, конечно, все на этом сборище переругались.
От Детского Королевства прибыл король Вася 482-ой, потому что как раз в этот день ему удалось отобрать корону у Пети 718-го.
- Что же вы творите, как вы можете? – кричал Вася, топая ногами и надувая и без того пухлые щеки. – Третий день без пирожных и каруселей – где это видано? Где наше счастливое детство, скажите на милость??? Да вы просто детей не любите! Мы будем жаловаться! И плакать! Ы-ы-ы-ы-ы!
- Ежели заказы сформированы и приняты к исполнению, то отгрузка и доставка должны быть выполнены в надлежащий срок и в подобающем виде, — бубнил с листа ноту протеста Монарх-Патриарх, представитель Родителей.

А Главный Взрослый сидел и просто молчал. Он смертельно устал, и у него не было сил вступать в дискуссии.
Но вот в какой-то момент говорящие выдохлись и, так и не услышав ответов на свои вопросы, наконец-то обратили внимание на безнадежно молчащего взрослого.
- Дяденька. вам плохо? – спросил король Вася. Он, в принципе, был добрый мальчик, только очень уж увлеченный собственными «хотелками».
- Нужна помощь, сынок? – наконец-то оторвавшись от бумаг, уставился на него через очки Родитель.
- Думаю, да, — наконец-то вымолвил Взрослый. – Скажу вам честно: мы на грани истощения, и Взрослая Республика в опасности. Боюсь, скоро мы совсем не сможем обеспечивать вас всем необходимым, да и себя тоже. У нас… у нас Великая Депрессия, вот!
- Но почему??? – в один голос вскричали монархи сопредельных государств.
- Мы много работаем, никогда не отдыхаем, мы пребываем в хронической усталости, и у нас нет никаких рецептов борьбы с этой напастью.
Это заявление повергло правителей в шок. Но ненадолго. Первым среагировал Вася 482-ой. Для начала он не без сожаления отдал Главному Взрослому шоколадку, которую берег на черный день в кармане мантии, а потом его и вовсе осенило:
- А мы вас приглашаем в Детское Королевство, отдохнуть и развеяться! У нас там карусели, игры всякие, не надо суп кушать и вообще весело!
- А мы могли бы порыться в своих архивах и библиотеках, где собран весь мировой опыт от начала времен, и найти способы борьбы с Великой Депрессией, — опомнился и Монарх-Патриарх. – Будьте спокойны, у нас все учтено!
- Да? – с надеждой поднял голову Взрослый. – Это правда можно устроить?
Устроить это оказалось не так-то просто – потребовались и время, и усилия, но тем не менее идея оказалась плодотворной. Накопленный Родительской Монархией многовековой опыт очень пригодился, а регулярные туры в Детское Королевство стали быстро возвращать взрослым радость жизни.
«Если надо развеяться, пошалить, оторваться по полной и почувствовать себя ребенком – это к нам! – такие слова были написаны на красочных буклетах Детского Королевства. – Исполнение всех ваших желаний, игры, танцы и безмятежное детское счастье – оптом и в розницу».

«Любые консультации, исторические сопоставления, сокровища мудрости, примеры из жизни, опыт предков – на все времена, на любой вкус!! Полезные советы – в подарок!  – гласили проспекты Родительской Монархии.
А взрослые… Взрослым теперь было очень хорошо. Отдохнувшие, научно подкованные, они с новыми силами изобретали, производили, расширяли, добывали и созидали – в общем, двигали прогресс.
Со времени того достопамятного собрания  все три государства живут в мире и согласии, взаимодополняя и взаимообогащая друг друга,  и процветают до сих пор. А в исторических хрониках их часто так и называют – Триединое Государство, или попросту — Триумвират.
Автор: Эльфика

+1

324

СКАЗКА ПРО ОПЫТНУЮ АГАШУ

http://s1.uploads.ru/V3JMS.jpg

ИЗ НОВОЙ КНИГИ «КАК МАМОЧКА ЗА ЧУДОМ ХОДИЛА»
        Жила-была на свете Агаша. Родитель у Агаши был суровый, строгий, и часто ей внушал «Только дураки учатся на своих ошибках, умные учатся на ошибках других». Агаша девочкой послушной была, Родителю своему свято верила, вот и решила, что никогда в жизни не будет своих ошибок совершать, зачем, если чужого опыта вокруг полным-полно?
Она только и делала, что пряталась в уголке за печью и собирательством занималась. Только другие грибы и ягоды собирают, а она – чужой опыт. Все случаи жизненные она через Сито Разума просеивала и самые запоминающиеся в Корзинку Памяти складывала. Только почему-то добрые происшествия через это сито как-то легко проскальзывали, а которые пугали – застревали и задерживались, вот они-то в Корзинку Памяти и попадали.
Вот вскоре в голове у нее целое собрание печальных опытов собралось.
«Не подходи к печке, обожжешься»
«Не трогай утюг, уронишь»
«Не носись сломя голову, упадешь»
«Не клади в карман, потеряешь»
И Агаша не подходила, не трогала, не носилась, не клала и вообще из-за печи редко вылезала.
Стала подрастать – там другой опыт пошел. Девчонки на вечерки ходят,  хороводы затеивают, сарафаны себе новые шьют, а Агаша все их опыт собирает:
«Не будь доверчивой – обманут»
«Не гуляй допоздна – ославят»
«Не перечь старшим – осудят»
«Не лезь со своим мнением – обидятся»
Агаша не гуляла, не перечила, не лезла и доверчивой уж никак не была. Сидела, наблюдения вела, коллекцию свою пополняла.
Тут время пришло, когда ее сверстницы влюбляться стали и замуж выходить одна за другой. Кто-то – удачно, кто-то – не очень, и вот это «не очень» Агаше душу тревожило: а вдруг и ей не повезет? Тем более что на эту тему столько страхов по свету бродит!
«Не торопись – ошибешься»
«Не суйся  – обожжешься»
«Не рискуй – оступишься»
Агаша не торопилась, не совалась и не рисковала – зачем же ей жизнь свою молодую губить, голову в петлю совать? Надо присмотреться, хорошенько все взвесить. А то можно такой опыт получит, что мало не показется!
А у девчонок выросших уже свои детки пошли. Ну, тут у Агаши в Корзинку Памяти страхи просто градом посыпались. Дети, они же такие – везде лезут, суются, встряпываются и много волнений своим родителям доставляют. Да и поговорки  про деток в народе ходят такие красноречивые:
«И от доброго отца родится бешена овца»
«Из одной печи, да неодинаковы калачи»
«Не выросло то яблочко, чтобы черви его не точили»
И сделала Агаша из своих наблюдений грандиозный вывод:
«Маленькие детки – маленькие бедки,
Большие детки – большие бедки».
          Так Агаша и состарилась, ни разу не оступившись, ни в чем не ошибившись, а Корзинка Памяти у нее под самый верх чужим  опытом наполнена – уже больше и складывать некуда.
И вот пришел тот час, когда Душа ее отлетать собралась. Вышла она из тела, поднялась над Землей, обозрела ее с горних высей, и вдруг увидела, как мир-то хорош, и сколько в нем всяких разностей одновременно происходит. И угол свой за печкой увидела, в котором, считай, всю жизнь просидела. И так ей обидно стало: ведь Мира-то она, почитай, и не видела! Смотрит – люди на Земле все как-то меж собою связаны, все друг другу помогают, пробуют, порою даже и ошибаются, а потом опытом обмениваются. А она, когда пыталась мудростью из своей корзинки поделиться, непонятой оставалась. Не брали люди ее мудрость, отказывались. И ее недолюбливали, побаивались даже, старались десятой стороной обойти… Почему так?
Вот Агаша перед Господом предстала.
- Ну, с каким багажом прибыла, душа моя? Что в этой жизни узнала, что поняла? – спрашивает Господь.
- Много что узнала, да мало что поняла,  - Агаша говорит. – Вот, прими, Господи, от меня корзиночку с мудростью народной – всю жизнь собирала!
Глянул Господь в корзинку – и только головой покачал.
- Что ж у тебя в корзинке одни страхи собраны? Разве жизнь только из них состоит?
- Да и я не знаю, из чего она там состоит. Я, оказывается, толком и не жила-то. Только теперь, сверху, увидела, какой Мир большой…
- А чего ж при жизни не видела?
- Так мне когда было? Я опыт собирала!
- Опыта набираться надо, а не собирать его. Что-то, уж прости, не вижу, чтобы ты шибко опытной стала.
- «Только дураки учатся на своих ошибках, умные учатся на чужих» — так мой Родитель говаривал… — отбарабанила Агаша с детства заученную мудрость.
- А ты и поверила… Да если ошибок не совершать, как душе  совершенствоваться? Получилось неладно – исправь, сделай лучше! А если каждый сиднем сидеть будет да чужой опыт изучать, так и вся жизнь в мире остановится.
- Так страшно было! – созналась Агата. –  Кругом столько негативного опыта! Туда пойдешь – одни ошибки, сюда – другие. Вот я и старалась поменьше высовываться, от страха-то…
- А чего боялась, если даже не попробовала? Откуда у тебя в корзинке столько страхов-то взялось?
- Так это не мой опыт, чужой! Я его всю жизнь собирала!
- Кому нужен чужой опыт? – Господь говорит. – Люди на Земле рождаются, чтобы свой опыт получить и общую копилку им пополнить. Каждый опыт – уникален, потому что через Призму Души пропущен. А когда только через Сито Разума – это не опыт, это знания. Только такие знания, опытом не подкрепленные, мертвым грузом на душе лежат и жить мешают.
- А я-то думала, что очень опытная! – опечалилась Агаша. – Всю жизнь ведь на свою коллекцию чужой мудрости положила! И что теперь мне со всем этим делать?
- Использовать для самосовершенствования, — советует Господь. – Из всего можно мудрость вынести, и из твоей жизни тоже. Вот посмотри на корзинку и скажи, чего сейчас хочется?
- Вернуться и жизнь заново прожить, — сказала Агаша. – Везде залезть, все попробовать, все руками пощупать, ногами исходить. Ничего не бояться, никого не слушать, свой собственный опыт получить. Стать по-настоящему опытной!
- Ну вот, а говоришь, жизнь зря прожила, — улыбнулся Господь. – Иногда, чтобы такие простые вещи понять, как раз целая жизнь и нужна! Опыт твой выстраданный, осмысленный, прочувствованный, а стало быть, навсегда в душе и останется. Иди с богом, воплощайся!
… И на земле родился ребенок, которому предстояло стать великим путешественником и исследователем, романтик дальних странствий, который потом напишет много книг, чтобы поделиться с миром своим позитивным опытом.
Автор: Эльфика

+1

325

ЦВЕТОЧНАЯ ИСТОРИЯ — сказка от Эльфики

http://s5.uploads.ru/IsfrK.jpg

Посвящается Татьяне Тридворновой Цветочной

На 8 марта мой любимый подарил мне набор кухонных полотенец.
Есть такой анекдот: «Если покупаешь женщине на 8 марта сковородку – не забудь купить себе шлем».  Очень правильный анекдот! Интересно, какие средства защиты нужны тому, кто дарит кухонные полотенца?
- А чего? Вещь в хозяйстве полезная, всегда пригодится, — оправдал свой выбор Он.
Рисковый мужик… Я была готова придушить его этими самыми полотенцами, каждым поочередно.
- А цветов что, не было? – дала ему подсказку я.
- Цветы – нерентабельно. Они же завянут через неделю, выбросишь и не вспомнишь.
«Лучше бы ты завял, любимый, — подумала я. – Выбросила бы и не вспомнила…». Но вслух, разумеется, ничего такого не сказала – какой ни есть, а свой, и подарок все-таки приволок, а дареному коню, как известно…

Нет, ну почему так??? Он же знает, что я люблю цветы, а 8 Марта – такой повод! Раз-то в году можно сделать что-нибудь нерентабельное, но ужасно приятное? Небось, сейчас по улицам идут сплошные женщины с букетами, и все счастливые такие, радостные… Да, с полотенцами по улице так горделиво не пройдешься, не поймут…
В общем, подумала я и решила, что раз уж так вышло, то вполне могу сама себя поощрить букетом цветов. Все лучше, чем вздыхать и злиться… Слава Богу, себе на цветочки я уж точно зарабатываю, так что могу себе позволить самый наироскошнейший букет! Ухватившись за эту мудрую мысль, я быстренько оделась и направилась в магазин. Есть у нас такой неподалеку, «Цветочная история» называется.

Иду по улице и на встречных дамочек посматриваю. И вдруг понимаю: а ведь с букетами мало кто идет!  И на лицах далеко не у всех радость написана… Встречаются и озабоченные, и усталые, и даже просто несчастные. Видать, кое-кому и полотенец не досталось, не то что цветов. А может, у них и любимого-то нет, такое тоже бывает. Придут в свои одинокие квартиры и будут телевизор смотреть. Или соберутся женской компанией и будут салатами нагружаться и отчаянные тосты провозглашать: «Пусть сдохнут те, кто нас не захотел,  пусть плачут те, кому мы не достались!».

Я уже почти до «Цветочной истории»  дошла, и тут меня осенило. Я пулей влетела в магазин и обозрела прилавки. Ничего, цветы были – видать, хозяева хорошо к Международному Женскому дню приготовились, подтоварились с запасом.
- У вас тележка имеется? – запыхавшись, спросила я. – Хочу взять в аренду под залог!
Тележка нашлась, и мне загрузили в нее море цветов. Я скупила все, на что хватило денег!  А еще попросила продавщицу украсить мне беретку и прочие части гардероба живыми цветами.  Продавщица идеей прониклась, глаза у нее загорелись, и она очень творчески, используя декоративную упаковочную сетку, степлер и ножницы,  соорудила на мне цветочную композицию – что-то вроде пелеринки с капюшоном. Я обозрела себя в зеркальной витрине и  обрадовалась: по-моему, это было очень похоже на какую-нибудь Цветочную Фею из мультика, для моей затеи – то, что надо!

А потом я вышла на улицу, толкая перед собой тележку, и всем встречным женщинам, девушкам и девочкам вручала по цветку, веточке или букетику, поздравляя их с праздником.  Реакция была самая разнообразная – некоторые даже пугались сначала, но потом на лицах расцветали улыбки. Разные – неуверенные, удивленные, радостные, робкие, открытые, восхищенные… Такие же разные, как цветы в моей тележке!  Хризантемы, лилии, тюльпаны, розы, мимоза перекочевывали из тележки в руки женщин. Даже тем, кто и так уже шел с цветами, я тоже предлагала цветочные дары – мне было не жалко, а настроение у меня взлетело до отметки 150 по 100-балльной шкале! Счастье, оно, знаете ли, заразно!

Запаса цветов хватило часа на полтора, а после, вернув тележку  в опустевший магазин, я направилась домой – счастливая и окрыленная. Я не без сожаления рассталась со своей цветочной накидкой, так как роль Цветочной Феи мне очень и очень понравилась. А вот на руки цветочков мне не досталось — последний букетик я подарила двум бабуськам, попавшимся мне под самый конец моей Цветочной Истории. Они смотрели на меня такими по-детски восхищенными глазами, что я просто не смогла пройти мимо, не одарив их. Ну и ладно, что я опять без цветов – зато с каким настроением!!!

Но самый большой сюрприз ждал меня дома. Мой любимый, смущаясь, пробубнил:
- Я тебя тут решил еще раз поздравить… В общем, вот, — и он застенчиво протянул мне керамический горшочек с цветущими фиалками. – Я подумал, раз уж ты так цветы любишь, то лучше в горшке. Чтобы цвели подольше. По крайней мере, рентабельно…
http://sd.uploads.ru/HeC6F.jpg

Наверное, подаренное счастье всегда к нам возвращается. И чтобы в твоей жизни случились какие-нибудь чудеса, нужно самой ненадолго стать феей. «Ах, как это все неожиданно!», — мимолетно подумала я, тая в объятиях своего любимого мужчины.  Да уж, праздник, ей-богу, удался!
Вот такая Цветочная история приключилась со мной в Международный Женский день 8 марта – день, когда принято дарить цветы всем женщинам  Земли…

Автор: Эльфика 

На фото — Цветочная Фея Татьяна Тридворнова, а Цветочную Тележку Татьяна прислала мне специально для этой сказки!!!

+1

326

Странница написал(а):

И чтобы в твоей жизни случились какие-нибудь чудеса, нужно самой ненадолго стать феей. «

http://ukamina.ucoz.ru/sml/clap.gif  http://s011.radikal.ru/i317/1605/62/bedf608725b6.gif

0

327

РЕАЛИТИ-ШОУ — сказка от Эльфики

http://s2.uploads.ru/W8DJn.png

Из новой книги «Как мамочка за чудом ходила»
          — Ах, что это вы делаете? Зачем это вы ко мне веревку прицепляете?
          — Исполнители мы. Из Небесной Канцелярии. Сейчас тут будет реалити-шоу — ваши желания исполнять будем.
- Ну так пожалуйста, исполняйте! Это мне очень приятно! Только веревка при чем?
- Велено ваши желания исполнить в буквальном смысле слова. Вы вот, например, к своему мужу, Петру Николаевичу, привязаны? И мечтаете, чтобы он к вам так же крепко привязан был?
- Ах, конечно, очень даже мечтаю! Это же муж мой, любимый и единственный! В семье все должны быть привязаны друг к другу – не разлей вода!
- Ну вот, значит, привяжем вас сейчас вот этой веревкой, чтобы, стало быть, не разлей вода до гробовой доски…
- Ну ладно, это пусть. Даже хорошо, если до гробовой доски! Мы с ним в жизни так и отражаем всякие напасти, спина к спине.
- Хорошо, спина к спине и привяжем, отражайте на здоровье.
- А к запястьям веревки зачем прилаживаете?
- К родителям своим привязанность испытываете?
- Конечно! А как же! Это же родители! Я к ним с самого детства очень привязана!
- Ну, значит, все правильно. Слева мама, справа папа – теперь между вами неразрывная связь.
- Да? Хорошо, и родители пускай со мной будут. Слева и справа – как славно-то! Прямо как в детстве…
- А теперь спереди позвольте, к животу веревку приладить…
- А это для кого?
- Для детишек ваших. Вот сынок, вот дочурка, а веревка – вроде пуповины. Теперь можете прижимать их к груди, сколько захотите. А можете и не прижимать – они и так никуда не денутся.
- К ребятишками своим я привязана – просто слов нет как! Солнышки мои, лапочки! Для них и живота не жалко.
- Дайте-ка вот сюда веревочку накинуть…
- Неудобно на шею-то… Как удавка… Это вы кого мне цепляете?
- А это ваши обязательства. Кредиты, долги и все такое прочее. Вы же связаны разными обязательствами?
- Связана, еще как связана! Только как без этого? Хочется ведь пожить по-человечески, вот и влезаю и в долги, и в кредиты.
- Слишком уж вы к материальным ценностям привязаны… Сами себя душите!
- Да нет, ничего, нормально. Расплатимся как-нибудь. Только вот неудобно, что на шее…
- Не сильно давит?
- Ну, если не двигаться, то не сильно. А при движении, конечно, дыхание перехватывает. Ну ладно, я приспособлюсь как-нибудь.
- Так, дайте-ка вашу ногу, и сюда еще веревочку, на лодыжку…
- А это для кого так низко?
- А это для всяких мелких привязанностей. К собачке вашей, к телевизору, к «Одноклассникам». Привязаны ведь?
- Нуууу… В общем, наверное, да. К собачке так особенно. Она как член семьи! Да и «Одноклассники» тоже. А уж герои сериалов! Переживаешь за них, как за своих.
- Конечно-конечно! Мы понимаем, привычка – вторая натура. Ну вот, готово!
- И что теперь?
- А теперь – наслаждайтесь, двигайтесь, гуляйте, отдыхайте, работайте! В общем, живите!
- Постойте! Но это же неудобно – вот так, с веревками. Как нам двигаться? Мы же запутаемся!
- Запутанные привязанности – не такая уж и редкость. Зато потом распутывать можно, некоторым даже интересно.
- Не уверена, что мне это будет интересно. И потом… Движение очень ограничено. Все время приходится оглядываться, сопоставлять свою скорость с другими…
- Это неизбежно. Придется. Вы же в связке.
- Что в связке, то в связке… Связаны по рукам и ногам!
- Так привязанности как раз этим и отличаются – связывают по рукам и ногам! Придется потерпеть!
- Так, дети, вы куда рванули?! Тише, тише! Вы же меня с ног собьете! Я за вами не поспеваю! Да стойте же, кому говорю!
- Дети не могут стоять, им надо двигаться вперед. И ускоряться! Иначе они никогда не вырастут.
- Петя, Петруша! Ты там как? Я тебя не вижу! И отношения твоего не чувствую!
- Да тут я, тут, никуда не делся. Только вот простора нет. Руки связаны!
- Ладно, потерпишь. Не маленький! Мама, папа, а вы куда это в разные стороны ринулись?
- Доченька, а мы расходимся. Тебя вырастили, долг родительский выполнили, теперь будем жить по отдельности.
- Как? Почему? Погодите, вы же меня сейчас надвое разорвете! Я же к вам обоим одинаково сильно привязана! Не делайте этого!
- Прости нас, дочь, но мы так решили! Ты взрослая, у тебя своя семья есть. У нас своя жизнь, а у тебя своя.
- Ой, мамочки, больно-то как! Петр! А ты куда там рвешься? Ты мне сейчас хребет сломаешь! Ууууу, захребетник!
- Неудобно мне. Руки затекли, и ноги тоже. Вообще света белого не вижу. Не хочу я этой привязанности, ну ее. Свободы охота. Сейчас сорвусь с поводка и пойду налево.
- Дети! Да не спешите же вы так, мамочке больно! И мелкие привязанности мешают, тянутся за мной, как хвост. Как кандалы у каторжника!
- Хоть и мелкие, а много их у вас. Их и правда за собой таскать – каторжный труд. Но придется!
- Что значит «придется»??? Мне детей догонять надо, а они меня назад тянут! И родители не вовремя расходиться надумали. Петя, Петя! Ну ты-то что молчишь??? Неужели тебе все равно???
- Осторожно, так вы можете себе руки-ноги повредить.
- Да что там руки-ноги, я сейчас вообще на части рассыплюсь! Я двигаться не могу – они же тянут каждый в свою сторону! Отвяжитесь вы от меня! Слышите, отвяжитесь от меня все!!!
- Секундочку… Спокойно! Сейчас мы вам поможем. Все, отвязываем.
-Ффуууу, сразу полегчало… Слушайте, вы, исполнители царя небесного! Что это за шоу вы мне тут устроили?
- Реалити-шоу, называется «Мои привязанности». Ну и как впечатления?
- Жуткие впечатления! Я чуть с ума не сошла! Зачем это все?
- Исключительно для того, чтобы наглядно показать вам действие привязанностей. Вам кажется, что быть привязанной – это хорошо и проявление любви, а на самом деле это проявление эгоизма и ограничивает свободу – как вашу, так и ваших близких. Именно поэтому вся ваша система становится неповоротливой и статичной. Каждый испытывает досаду из-за того, что не может двигаться непринужденно, и поэтому стремится вырваться, уйти, отвязаться.
- То-то у меня детки такие отвязные… Выходит, чем больше я к ним привязываюсь, тем сильнее они  хотят отвязаться?
- Так и выходит. И если однажды вы услышите от кого-то из них «да отвяжись ты, мама!», не удивляйтесь.
- Знаете что? Забирайте-ка вы все свои веревки. Забирайте, забирайте! Они мне больше не понадобятся.
- Точно?
- Точнее некуда! Будем считать, что я разобралась со своими привязанностями. Так-то посмотришь – вроде тесный круг родных и близких, а приглядишься – все куда-то рвутся, и сердце из-за этого на части рвется. Пусть уж лучше так, по доброй воле будут рядом. Или даже не рядом. Но только без веревок!
- Вы действительно этого хотите?
- Да, да! Теперь-то я на своей шкуре испытала силу привязанностей… Лучше уж без них!
- Ваше желание принято к исполнению. Небесная Канцелярия, реалити-шоу, всегда в эфире! А вы еще не избавились от своих привязанностей? Тогда мы идем к вам!
Автор: Эльфика

+1

328

МАМА МИОМА — сказка от Эльфики

http://s4.uploads.ru/HB6gR.jpg

Мы с мужем очень хотим ребенка, но у нас не получается. Разумеется, я прошла полное обследование, и муж тоже. В принципе, ничего препятствующего беременности врачи не изыскали. Но зато обнаружили миому. Если кто не знает – то это такая доброкачественная опухоль на стенке матки. Доброкачественная – это значит не злая, организму не вредит и своими отходами не отравляет. Но тем не менее, нарисовалась зачем-то, и как раз там, где ей быть не надо. Кстати, при обследовании врачи определяют ее размеры так же, как при беременности: «миома 4 недели», «миома 12 недель». Странно, да? Вместо ребенка – миома.

Посоветовали нам одного специалиста, слава о котором впереди него за много верст бежала. Говорят, несмотря на сравнительную молодость, не одной женщине помог, не в одну семью счастье принес. Женщины, которые у него лечились, только глаза закатывали и в один голос все говорили: «Сказочный доктор, просто сказочный!». Вот к этому сказочному светилу я и явилась – разбираться и с миомой, и с бесплодием.
- Вообще-то миома причиной бесплодия не является, — сообщил мне врач. – И с миомой женщины беременеют и рожают. Но тем не менее с психологической точки зрения влиять очень даже может.
- Это как же? – спрашиваю я.
- Организм – штука сложная и тонко настроенная. Вот вы ему посылаете сигнал «хочу забеременеть!», он шлет в матку запрос, готово ли все для этого инновационного проекта, а ему оттуда ответ: «Извините, место занято, у нас тут и так 12 недель!». Ну, он и дает «отбой».
- Что вы такое говорите? – таращу я глаза я в полном изумлении. – Вы дипломированный медик или сказочник какой-нибудь?
- Я сказочный доктор. Придерживаюсь новых, современных холистических представлений о происхождении болезней.
- Холи… каких?
- Холистических. Если коротко, то все в наших организмах взаимосвязано, и у каждой болезни есть психологическая причина. Она кроется в неправильных мыслях, убеждениях или действиях. Устраните причину – болезнь сама пройдет. Ну, а медикаментозное лечение поможет этот процесс ускорить.
- Да от каких же действий или убеждений миомы образуются?
- Для вашего организма она явление чужеродное, пришлое. И я бы на вашем месте задумался, чем это вы для нее такая привлекательная, почему она именно у вас поселиться решила.
- Да тут думать и гадать до морковкина заговенья можно, и ведь не проверишь – так это или не так.
- А вот и нет! Очень даже проверишь. Попробуйте с ней поговорить!
- С миомой???
- Ну да. Почему нет? Может, она вам что-то важное сказать хочет, а вы ее не слушаете. Вот она и разрастается! Заметь, мол, меня, обрати внимание!
- Ну как же я с ней поговорю, если она просто неодушевленная опухоль, которую невооруженным глазом даже и не увидишь?
- А вы ее одушевите на время! Подумайте, какой у нее образ в вашем представлении. Найдите предмет, на нее похожий, разместите напротив себя. Ну и поговорите! Можно просто так, а лучше – письменно. Задали вопрос – написали ответ. Это чтобы потом можно было перечитать, поразмыслить…
- Странные у вас методы, доктор!
- Зато и результаты сказочные!

Вспомнила я дамочек, которые глаза закатывали, про этого доктора рассказывая, и решила не спорить. Что мне, трудно, что ли? В общем, распрощалась я с ним и пошла домой – миому одушевлять.

Как ни странно, внешний вид моей «доброкачественной» я вообразила очень даже легко. Она мне представилась похожей на диванную подушку-думку, есть у меня такая – круглая, в меховом чехле, с одной стороны белая, с другой – бежевая, и с обеих сторон вышиты глазки и улыбающийся рот. Добродушная такая миома, приветливая.
Усадила я это улыбающееся чудо на диване, сама напротив в кресло села, и призадумалась. Ну, сели, а дальше-то что? Наверное, надо поздороваться. Я на всякий случай тоже ей улыбнулась и говорю:
- Ну, здравствуй, миома!
Она молчит, мне в ответ улыбается.
- Меня Алена зовут, а тебя? Ах, да, тебя – миома!
- Мама Миома, — это она меня поправила. Нет, не вслух, но вдруг мне так подумалось, словно в голове кто-то еще появился.
- Мама Миома? Нет, мою маму Галиной зовут. Спасибочки, мне второй мамы не надо.
- Ты сама и есть вторая мама!
- К сожалению, нет. Мамой я стать очень хочу, но у меня не получается. Может, и из-за тебя, хотя точно не знаю.
- Нет уж, придется тебе поверить, что ты – вторая мама. Да еще какая! Мамаша! Мамища! Буквально Мать Мира! А я – всего лишь твое скромное отражение, Мама Миома, будем знакомы.
- Чего-чего? Миома моя дорогая, что это ты такое странное тут несешь? Какая я тебе Мать Мира? О чем это ты?
- Мать, мать, еще какая мать! Ты ведь как живешь? Всех прижать, пожалеть, обогреть! Во все вмешаться, все поправить! Всем посоветовать, всеми поруководить, за всех решить! За всех попереживать, за всех все сделать! И ответственность за все на свете ты чувствуешь, и несешь ее по жизни гордо, как беременная – свой живот. Вылитая мамочка!

В принципе, Миома довольно точно нарисовала мой портрет. Но, на мой взгляд, он получился очень даже симпатичным – собственно, за эти самые качества я себя очень уважала, и окружающие тоже. Ценный специалист, верная подруга, хорошая дочь, надежный сотрудник, и все такое…
- Ну, если я такая, как ты рисуешь, то кому же рожать, как не мне? – задала контрвопрос я. – Раз уж я такая «Мать Мира», то уж одному-то ребеночку, да еще своему собственному, точно хорошей мамой буду! Или ты имеешь что-то возразить?
- Имею, и очень много, — обнадежила меня Миома. – Все хорошо в меру. А ты для ребенка так просто даже опасна!
Я? Опасна??? Ну, знаешь ли! – оскорбилась я. – Чем это я ему могу быть опасна собственному дитю?
- А давай вместе подумаем, — предложила Миома. – Как будто я – твой будущий ребенок, и размышляю, приходить к тебе или не приходить. Ну, вроде игра такая!
- Ну, давай, — с сомнением согласилась я. – Не привыкла я такой ерундой заниматься, но попробовать можно.
- Тогда представь: я – твое будущее дитя, сижу на облачке, думаю, воплощаться мне или еще погодить. А ты – та женщина, которая мне в мамы предназначена, сидишь дома, меня ждешь. Представила картинку?
- Ну, представила вроде…
- Вот смотрю я на тебя с небес и думаю: ну, рожусь я у тебя, и что? У тебя же на меня времени не будет! Ты вон за всех стараешься все и решить, и воплотить, и проконтролировать. И попереживать, если что не так. Когда тебе мной заниматься?
- А я так не буду! Вот ты родишься – и я сразу на тебя переключусь! – приняла игру я.
- Ага, переключишься, только оно мне надо? Ты ж мне со своей гиперопекой и суперзаботливостью ни жить, ни дышать не дашь. Я самореализоваться хочу, а ты будешь меня ограничивать.
- Не буду я тебя ограничивать, с какой стати? – сердито ответила я. – Конечно, я буду тебя поддерживать, направлять, оберегать…
- …так, что шагу ступить не позволишь, — подхватила Миома. – «Это нельзя», «вон то опасно», а куда идти и что делать – «мамочка лучше знает».
- По-моему, ты надо мной издеваешься, — с подозрением сказала я. – Чувствую я скрытую иронию, вот что!
- Ну да, ну да! Мамочка лучше знает, что и как говорить, — охотно поддержала меня Миома. – Кто бы сомневался?
-  Ты чего такая вредная? – возмутилась я. – Язвишь тут…
- А дети вообще часто вредными бывают, — сообщила Миома. – Считай, что это я тебя тренирую. Ты вот лучше скажи, зачем я тебе нужен? Ну, ребенок тебе – зачем?
- Ну, как зачем? Мы с твоим папой любим друг друга, вот и хотим скрепить наш союз.
- Ага, значит он неустойчивый, без меня вот-вот развалится?
- Нет, ну что ты! Никуда мы разваливаться не собираемся! Это я просто не так сформулировала. Сейчас,  погоди… Просто если семья, то положено, чтобы в ней дети были.
- А я не хочу рождаться, потому что положено! Мне вообще по инструкции жить скучно будет! Не в моем характере!
- Ах, у тебя уже и характер имеется? – изумилась я. – Ну и детки нынче пошли! Еще не родился, а уже характер проявляет!
- А ты как думала? Время Индиго и Кристаллов, мы такие! В нас особенные программы заложены, не такие, как у вас, допустим, или у наших дедушек-бабушек. А ты «положено», «должны»…
- Я опять не то сказала. Мы тебя хотим не потому что «положено», а потому что хочется, чтобы рядом был маленький человечек, о котором можно заботиться, играть с ним, гулять, разговаривать…
- Заполнять собой вашу пустоту? Нет уж, увольте!
- Ну почему пустоту? Нет у нас никакой пустоты, мы очень даже наполненные! Наоборот, мы поделиться хотим  — подарить тебе свою любовь, нежность, ласку. Научить тебя всему, что мы сами знаем. Продолжить свой род, в конце концов!
- Вот это уже ближе к теме. Поделиться – хорошо. А взять вы у меня что-нибудь хотите?
- Взять? Ну, не знаю. Может, потом, когда вырастешь… А пока – ну что с тебя взять? Ты же маленький, беспомощный, нуждаешься в опеке…
- Опять Большая Мамочка вылезла, — укорила меня Миома. – Давать, давать, давать, пока ребенок не поперхнется… А ты вот спроси лучше, что я хочу тебе дать!
- И что же ты хочешь мне дать? – послушно повторила я.
- Я могу научить тебя безусловной любви – ведь мы, дети, не даем оценок, мы просто любим. Я могу вернуть тебе ощущение себя – ведь каждый ребенок считает себя центром Вселенной, а взрослые почему-то смещают этот центр в посторонние объекты. Я могу подарить тебе умение превращать все в игру, и даже самые скучные обязанности станут для тебя забавой. Я могу научить тебя верить в чудеса – ведь дети это умеют, а взрослые для этого слишком серьезны. Я могу показать тебе, что это такое – доверять Миру и разрешать ему делать что-то за тебя. Я могу показать тебе, что такое Творить Свой Мир – из пластилина, из бумаги, из старых занавесок, из травы, из чего угодно!  Я могу сделать все это для тебя, если ты мне позволишь.
- Малыш… Я… я не… — мой голос прервался, потому что я сильно разволновалась. Сначала я хотела сказать, что да, конечно же, позволю. Но тут же поняла, что не могу и не хочу ему лгать, а мое «да» было бы неправдой. То, что он говорил, было для меня странным, непривычным и даже немного пугающим. Как это – «я – центр Вселенной»? Почему это Мир должен что-то делать за меня? Какая может быть забава в скучных обязанностях? Да и жить «без оценок» так трудно… Пожалуй, я не готова была взять так много у своего будущего ребенка. ПОКА не могла! Мне сначала надо было самой много чего переосмыслить…
- Слушай, Миома! Давай мы пока прекратим эту игру, ладно? – попросила я. – Мне подумать надо.
- Ну, если только самую малость. Но сильно раздумывать не советую! Так как раз Большие Мамочки поступают. Думают, думают… За себя, за детей, за Мир…
- А как надо?
- А надо бы – играючи, — посоветовала Мама Миома. – Без свирепой серьезности. Чтобы твоя материнская сущность не разрасталась сверх всякой меры.
- Хочешь сказать, что я вечно беременна какой-нибудь идеей? – невесело усмехнулась я.
- Да если бы идеей! А ты если и беременна, то тревогой за судьбы мира. Много на себя берете, мамочка!
- Знаешь что? Мамочкой я буду – обязательно! И не какой-нибудь абстрактной Матерью Мира, а конкретной мамой своего ребенка! И жить вместо него я ни за что не буду – я к тому времени стану совсем другой. Я поняла все, что ты сказала, и, как видишь, даже не спорю. Доктор-то и вправду сказочный совет дал – приятно бывает поговорить со своей болезнью… Много нового и интересного о себе узнаешь.
- И что же ты такого о себе новенького узнала?
- Да вот ты смеяться будешь, а я вдруг поняла, что я действительно Мать Мира! Я даже своей собственной маме мамой пытаюсь быть. Она меня, как мне кажется, порою побаивается… И мужа опять же все время как ребенка опекать пытаюсь. Хотя он не дает, сопротивляется, а я еще и обижаюсь на него за это. Нет, честное слово, и смех и грех!
- Ну вот, и кто из нас после этого Мама Миома???
- Да ясное дело, кто! Ты ж говорила, что ты – мое отражение, ну так я поняла, что так оно и есть. Еще бы вот понять, как нам с тобой расстаться.
- Ляжешь спать – положи меня под голову. Я тебе сны показывать буду. Глядишь, чего полезного и вынесешь.
… Когда я ложилась спать, я вместо обычной подушки взяла эту, меховую, улыбчатую. Она мне теперь казалась почти родной, буквально частью меня  – как моя миома.
- Ты чего это? – удивился муж.
- Не мешай, я в детство впадаю, — отмахнулась я.
- Аааа… Ну тогда ладно. Дело полезное!

Сны мне снились самые невероятные – как в детстве. Там было столько всякой веселой чепухи – как в мультиках, так что наутро муж мне сообщил, что я всю ночь мешала ему спать, потому что смеялась во сне. Но это он еще не знал, что его ждет после завтрака. Дело в том, что я во сне увидела очень веселое действо, которое мне сразу же захотелось воплотить в жизнь. Я решила… скормить свою миому птичкам! Скажете, с ума сошла? Ага, сошла! Время от времени с него надо сходить – а как иначе вернуться в детство???

Я взяла муку, завела тесто и закатала в него по горстке семечки и пшена – назначила теми мелочами жизни, которые постоянно меня тревожили и покоя не давали. Развела дрожжей – ведь моя миома до сих пор росла, как на дрожжах, и меня это страшно пугало, а теперь вроде как даже на руку получилось. Дрожжи на молоке развела – на том, каким я миому вскармливала, а теперь для своего малыша приберегу! Размешала, замесила и испекла. Пока пекла – излагала мужу все свои идеи. Другой бы пальцем у виска покрутил, а мой ничего, все понял и согласился участвовать. Нет, все-таки у нас очень крепкий союз!  В общем, вынули мы из печки пирог, остудили… Красота! Я его круглым сделала, вареньем на нем глаза и улыбку нарисовала – вылитая Миома!
А затем мы с мужем на пару обнесли этот пирог трижды вокруг вашего дома со словами:

Носилась миома мимо нашего дома,
В двери стучала, а в дом не попала,
Птички пролетали, миому склевали,
Ничего не осталось, вся рассосалась!

После чего покрошили мы пирог возле дома, чтобы птички доделали начатое! И птичкам хорошо, и нам приятно! А уж про миому я и не говорю — столько ей внимания еще никогда не уделяли!

Веселились мы в тот день, как дети. И так мне радостно было – ну просто словами не описать. Это потому что я  на время забыла о судьбах мира, и о своей ответственности, и даже о том, что я ребенка очень хочу, а просто резвилась по полной программе, вот и все!

И потом я стала за мыслями следить. Как только мне хочется в роли Матери Мира побыть, я сразу свою Маму Миому вспоминаю и себя осаживаю. Даю, значит, другим право на самоопределение. На меня даже обижались некоторые – я ведь ответственность с себя сняла и им передала, а они-то уже привыкли, что «мамочка» не подведет. Но я твердо решила свою миому больше не подкармливать, а «малышам» давать расти самостоятельно.

А на следующей неделе я к доктору иду. К тому самому, сказочному. И почему-то я больше чем уверена, что результаты обследования его ой как удивят! Скажете, ерунда, чудес не бывает? А я теперь думаю совершенно иначе! Я верю в сказочных докторов, и в судьбоносные встречи, и в говорящие миомы, и в то, что дети начинают воспитывать своих родителей задолго до того, как родились. Ведь если подумать, то что такое рождение ребенка? Самое настоящее ЧУДО! И это чудо вот-вот придет в нашу жизнь. Не будет больше Мамы Миомы, а буду я  просто – МАМА!
Автор: Эльфика

+1

329

ДАР — сказка от Эльфики

http://sh.uploads.ru/t/rjkWM.jpg

ДАР
Сказка для Лары

Однажды девочка, которая любила мечтать, встретилась с Феей. Где? Ну конечно, во сне! Ведь мечтательным девочкам снятся чудесные, волшебные сны!
Фея и девочка вместе летали, кружились в хороводе с бабочками, зажигали звезды, прыгали с облачка на облачко, хохотали и веселились. А когда ночь подошла к концу, и пора было просыпаться, девочка очень огорчилась – ей так понравилась фейская жизнь! И Фее тоже было жалко расставаться с девочкой. Она внимательно посмотрела на нее и увидела, что у девочки чистая душа, светлая головка, хрустальное сердце, в котором очень много Любви, и огромное желание помогать людям. А еще увидела, что у нее очень нежная и ранимая душа. Фея знала, что с такой душой очень легко летать, мечтать и витать в облаках, но очень, очень трудно жить в грубых земных энергиях.
- Знаешь что, дитя мое?  – проговорила она. – Хочешь отправиться со мной в мою Волшебную Страну? Пожалуй, я могла бы взять тебя с собой и сделать своей ученицей. У тебя есть все задатки для этого.
- Извините, я не могу, — с сожалением сказала девочка. – У меня тут есть мама и папа,  и друзья, кошка Мася и плюшевый медвежонок Бум. Я их очень люблю, и они меня тоже. Они будут скучать без меня, а я – без них.
- Ты права, малышка, — согласилась Фея. – У тебя доброе сердце. Тебе никак нельзя их бросать. Но мне все-таки хочется сделать для тебя что-то хорошее. Знаешь что?  Пожалуй, я хочу подарить тебе одну вещь. На память о нашей встрече!
И Фея достала из складок своего розового плаща Хрустальный Шар.
- Что это? – прошептала девочка, завороженно глядя на эту волшебную вещицу.
- Это футляр. Вместилище для твоей души! Хрустальные стенки шара не задержат ни одного лучика ее света, но в то же время не дадут никому ее поранить или обидеть. Это мой Дар тебе, маленькая Фея!
- Благодарю вас, — и девочка без колебаний протянула руки, чтобы принять Дар. – Я никогда, никогда не забуду этот сон.
- И я тебя не забуду, маленькое солнышко! Может быть, мы когда-нибудь еще встретимся. Но если и не встретимся – все равно ты вырастешь и станешь Феей! Я это просто чувствую. А мой Дар тебе в этом поможет.
Наутро девочка проснулась и увидела, что рядом с ней на подушке лежит Хрустальный Шар, а в нем… в нем нежно светится-переливается что-то очень легкое, воздушное и волшебное. Теперь ее душа в чудесном футляре, подаренном Феей, сияла всеми гранями, и это могли видеть даже те, кто ходил по земле и никогда не танцевал с феями.
Такого шара ни у кого не было, и, конечно же, все хотели его посмотреть. А девочка была совсем не жадная – она разрешала и посмотреть, и даже дотронуться. Ей казалось, что такой необычный Дар не должен принадлежать одной ей, всем должно достаться хоть по капельке волшебства.
Шли годы, девочка росла и превратилась сначала в хрупкого, как тростинка,  подростка, а потом и в прелестную девушку. Хрустальный шар придавал ей особенное очарование – ведь он все время поворачивался разными гранями, и поэтому девушка казалась то нежной, то задумчивой, то веселой, то грустной, то озорной, то строгой, и это просто завораживало людей. На нее хотелось смотреть и смотреть, как дети могут часами смотреть в окошечко калейдоскопа, бесконечно меняющего свои узоры. К тому же девушка сохранила все свои лучшие качества, которые когда-то так понравились Фее: она по-прежнему была доброй, отзывчивой, всегда готовой прийти на помощь.
Только вот Шар… Шар стал постепенно тускнеть. Дело в  том, что теперь у нее было гораздо больше знакомых, и это были уже не дети, а вполне взрослые люди, и они все хотели прикоснуться к ее Дару, к ее хрустальному сокровищу. Она по-прежнему не прятала Хрустальный Шар от людей, ведь разве можно прятать  Свет, если он так нужен людям?
Но следует сказать, что, к сожалению, годам к двадцати большинство людей уже теряет свою детскую чистоту. И когда они прикасались к Хрустальному Шару, порою на нем оставались и нехорошие следы – от горьких обид и тайной зависти, от сальных рук и грязных мыслей, и еще много разных следов.
Девушка пыталась чистить футляр, протирать его, но Хрустальный Шар – штука тонкая, нежная, иные следы с него стереть очень и очень трудно. Есть, конечно, у Фей определенные приемы – но наша девушка все-таки не была настоящей Феей и еще многого не знала.
И вот ее шар стал тускнеть и терять былую яркость. Его поверхность, когда-то гладкая и сияющая, вдруг стала выглядеть матовой и шероховатой. И люди стали просить приоткрыть футляр, чтобы посмотреть, что там, внутри. Девушка и это позволяла, хотя что-то ей подсказывало, что лучше бы этого не делать. Ведь каждый раз, открывая футляр, она обнажала свою Душу, а она, как мы помним, была очень тонкая и слишком ранимая.
И вот через какое-то время она поняла, что что-то не так. Она стала быстро уставать, ей все чаще хотелось запереться в своей комнате и побыть одной, ее стали одолевать сомнения. Ей по-прежнему хотелось всем помочь, всех обогреть, но порою на это просто не было сил. Иногда в голову даже закрадывались пугающие мысли – ей вдруг казалось, что она перестает любить людей. И тогда ей становилось страшно, но что с этим всем делать, она не знала.
И вот однажды она взяла в руки Хрустальный Шар, в котором хранилась ее душа и поразилась – какой он стал невзрачный. Нет, конечно, там, внутри, все так же ярко сиял свет ее души, но вот наружу пробивались только отдельные лучики. Вся поверхность словно запылилась, и это было очень грустно видеть.
- Может быть, вынуть душу из Хрустального Шара, и пусть будет так, без защиты? – вслух подумала она. Но тут же сама испугалась этой мысли. Вся ее душа воспротивилась – ведь если мы отвергаем такие Дары, из нашей жизни навсегда уходит волшебство, и она становится серой и скучной.
- Нет! – решительно сказала она. – Фея говорила, что у меня задатки. Значит, я должна их развивать и сама стать Феей. Тогда я узнаю, почему потускнел мой Хрустальный Шар и как вновь сделать его ясным и прозрачным.
И девушка начала действовать. Как? Об этом долго рассказывать. Скажем только, что чистое намерение, в которое вложена энергия, обязательно приводит к цели. Так случилось и с нашей девушкой. В ее жизни вновь возникла… Фея! Нет, не та, с которой она встречалась во сне. Совсем другая.
Пока девочка росла, Мир Фей и наша Земля сблизились, и теперь Фей можно было встретить не только в снах. Некоторые из них явились на Землю, чтобы передавать людям знания о том, как сделать мир чище и добрее.
Эта самая новая Фея была Феей Сказок. Она собирала вокруг себя всех, кто обладал чистой душой и мечтал наполнить мир чудесами. Она обучала их разным фейским премудростям и учила, как гореть, не сгорая, и освещать путь другим, не теряясь во мраке.
Сказочная Фея своим зорким взглядом увидела Хрустальный Шар и озабоченно спросила:
- Детка, что я вижу? Ты уже однажды встречалась с Феей? Этот Дар ни с чем не спутаешь! Он волшебный!
- Я знаю, — сказала девушка. – Я получила его, когда была совсем маленькой. Фея подарила мне Хрустальный Шар, но забыла рассказать, как им правильно пользоваться и как за ним ухаживать. И теперь он вот такой…
- Она не забыла, — покачала головой Фея Сказок. – Она не стала этого делать, потому что иначе у тебя не случилось бы повода искать Знаний. А так – ты искала пути, ты нашла, и вот ты здесь, и я знаю, что тебе нужно.
- Что же?
- Понять, как это работает. До сих пор это было для тебя красивой игрушкой, подаренной Волшебным Созданием. Теперь и ты должна стать Волшебным Созданием, чтобы дарить другим такие же игрушки. У тебя есть для этого все задатки!
- Вот и та Фея мне то же самое говорила, — обрадовалась девушка. – Я готова учиться столько, сколько потребуется.
- Что ж, я вижу, что ты действительно готова. Ты будешь прилежной ученицей, я знаю.
И девушка начала учиться у Феи Сказок всему, что та умела сама. Фея щедро делилась своими Знаниями, и девушка старалась не пропустить ни одной крупинки. Но Хрустальный Шар все так же оставался тусклым, хотя внутри сияние заполнило его до отказа.
И вот обучение подошло к концу. Девушка была немного удручена: она надеялась, что в процессе обучения ее Дар преобразится, но этого не случилось. Ну что ж… Значит, не судьба.
И тут Фея Сказок подошла к ней и ласково спросила:
- Что ты сейчас чувствуешь, девочка? Загляни к себе в душу!
Девушка честно заглянула к себе в душу и сказала:
- Я испытываю огромную благодарность к вам, за все то, чему вы меня научили. К моим новым подругам, которые тоже стали Феями. И к себе – за то, что я все-таки сделала это. Я испытываю очень большую радость от того, что теперь я тоже Фея. И немного грусти, потому что я там и не поняла, что случилось с моим Хрустальным Шаром и как это поправить.
- Ну что ж, я расскажу. Думаю, это будет полезно для всех.
И она поведала Феям следующее:
- Вы попали ко мне не случайно. У каждой из вас имеется Дар. У кого-то это Хрустальный Шар, у кого-то – Заветное Слово, а у кого-то – Счастливая Родинка на теле. Не важно, как он выглядит, важно, что вам нужно его беречь. Ведь это вместилище вашей Силы, волшебный талисман, который не предназначен для чужих рук. Дары нужно хранить там, где их не коснется ни дурной глаз, ни злое слово.
- Но ведь свет моей души заключен в Хрустальном Шаре! – воскликнула девушка. – Неужели я должна спрятать его от мира и пользоваться только сама?
- Нет, конечно же, нет! Но все вы должны запомнить одну важную премудрость: нельзя только брать, не возвращая, и отдавать, не восполняя. Неся и даря свой свет людям, вы просто обязаны принимать от них что-то взамен. Я не знаю, в чем будет выражена их Благодарность – но это и не важно. Главное, что она должна быть, а вы должны научиться принимать ее с радостью и открытой душой! Именно она шлифует и чистит поверхность ваших Талисманов и наполняет их Силой!  И тогда наступает воодушевление и желание дарить, посылать в мир  все больше и больше! Если вы будете об этом помнить, то ваши Источники Силы никогда не иссякнут, и у вас будет еще больше энергии для волшебных свершений.
- Так вот в чем дело… — проговорила девушка. – А ведь я считала, что моя миссия – дарить, а уж дальше как поучится.
- И в этом заключалась твоя ошибка. Любой Источник должен восполняться.  Лучики Любви и Благодарности  из Хрустального Шара должны свободно проникать в обе стороны.  Ты светишь – но и к тебе возвращается Свет. Давать – и получать взамен! Это очень важное умение для любой Феи.
- А я думала, что Феи помогают людям исключительно бескорыстно, — удивленно сказала девушка.
- Бескорыстно – да. Это значит – не в целях наживы. Но подумайте сами: принося Дары, вы делаете другого вашим должником. Так позвольте же ему расплатиться, и тогда он будет чувствовать себя равным вам, Феям.
- Благодарю вас. Я так вам благодарна! – прошептала девушка. – Вы подарили мне столько мудрости, но эта – самая важная. Это то, до чего я никак не могла додуматься сама. Это восхитительный Дар! Спасибо, спасибо!
И из ее груди вырвался мощный луч Благодарности, который осветил все пространство вокруг. И вдруг она заметила, что Хрустальный Шар от такого душевного порыва засиял, засверкал всеми цветами радуги, очистившись от всего чужого и наносного, что пристало к нему за эти годы.
- Ну вот теперь ты – настоящая Волшебница, — улыбнулась Фея Сказок. – Неси свой Хрустальный Шар по жизни, и пусть он осветит и согреет всех, кто в этом нуждается. А как содержать его в порядке, ты теперь знаешь.
- Да, я знаю, — ответила ей девушка.
Она подняла свой Хрустальный Шар над головой и пошла, сначала робко, а потом все смелее и смелее, туда – в мир, которому очень нужны Феи. И свет ее Души освещал все вокруг, и люди, которые видели это, невольно улыбались и протягивали руки, чтобы коснуться чудесных лучей ее Души и тоже стать немножечко волшебниками.
Автор: Эльфика

+1

330

ОПЫТНЫЙ КРОЛИК — сказка от Эльфики

http://s8.uploads.ru/cldPK.jpg

Кролики бывают опытные, неопытные и подопытные.  Если неопытный кролик не хочет усваивать уроки жизни, он рано или поздно становится подопытным. Я быстро учусь и никогда не повторяю прежних ошибок, поэтому прямо вам скажу: я – Очень Опытный Кролик.
Я живу в Лесу уже давно и много что повидал, а потому охотно делюсь опытом с неопытными. Передаю, стало быть, мудрость веков. Но у них дырявые корзинки, и, как правило, пока они скачут туда-сюда, вся мудрость оказывается рассеянной и разбросанной по лесным тропинкам-полянкам. Ну, на то они и неопытные. Это уж им решать, стать впоследствии опытными или подопытными…

Наш Лес – одно из многих мест, заселенных всякой живностью. Слева от нас – Болото, справа – Поля, еще подальше есть Озеро, а в другой стороне, за буграми – Забугория, ну и другие Леса, конечно. У меня много приятелей из разных мест, с которыми я люблю при встрече поболтать «за жизнь». После этих разговоров я всегда прихожу к выводу, что везде одно и то же, и наш Лес ничем не хуже других местностей.
Жить в Лесу сложно, но можно. Если быть начеку и следовать писаным и неписаным законам, то можно обеспечить себе очень даже сносное существование. Я, например, своим вполне доволен.

Главный в нашем лесу – Медведь. Правитель он толковый, худо-бедно, а Лес наш постоянно улучшает и обустраивает, и нам, кроликам, жить дает. Хотя многие и ропщут, что задавили, мол, кроликов совсем, но это неправда. Опытные кролики приспособились, неопытные чаще сами в толпе давятся, а подопытные… Ну, это разговор особый.
Дело в том, что подопытные кролики на все покупаются. Они-то думают, что  это они покупают, ха-ха, наивные! Нет, все с точностью «до наоборот». Да если бы только кролики!

Вот вчера бегу я по своим делам, вижу – Коза суетится, блеет на весь лес, а Козел ревет, как скаженный, и рогами какую-то штуковину колошматит – только треск стоит.  Спрашиваю, чего, мол, случилось? А Коза мне сквозь слезы:
- Этот козел баян растоптал!
- Какой такой баян? Откуда? Вы ж, вроде, не по музыкальной части?
- А я его на распродаже купила, со скидкой! А он меня обревел всяко разно,  копытом по башке треснул и баян порушил. Козел, он и есть козел!
Вот, спрашивается, на фига козе баян? Играть на нем несподручно – копыта же, больше он в хозяйстве ни для чего не пригоден… Так что я Козла очень даже понимаю!
Другой случай. Встречаю Зайца – он мне дальним родственником приходится. Волочет штуковину какую-то, я сначала и не понял, что.   Тяжело ему, пыхтит, отдувается. Спрашиваю:
- Привет, кум! Что это у тебя?
- Стоп-сигнал, — говорит.
- А зачем зайцу стоп-сигнал???
- Да тут такое дело: если приобретешь 9 штуковин, то 10-я – в подарок. Ну, я приобрел, а это, стало быть, подарок и есть.
- А чего приобрел-то?
- Да много чего: Калоши резиновые, стремянку складную, пароварку электрическую…
- Заяц, ты чего??? У нас же в Лесу электричество только в виде молний наблюдается, да и то, когда гроза! Зачем тебе все это?
- Так говорю же, чтоб подарок получить! А так видишь – вот, стоп-сигнал, новенький! То-то Зайчиха обрадуется!
Ладно, думаю. Может, Зайчиху, когда она муженьку грозу с молниями устроит, этот стоп-сигнал остановит от прямого членовредительства. Ладно, их дело.  Сам виноват, в случае чего, пусть со стремянки калошами отбивается. А я вот дальше поскачу.

А за поворотом – вижу, Лиса, и возле нее группа кроликов. По всему – неопытные. А Лиса вся ласковая такая, красноречивая, прямо соловьем заливается. Ну, я поближе – тоже послушать. А, ясно, чего это братцы-кролики уши-то развесили. Ведь речь идет о морковке, а морковка для кролика – это тема всегда актуальная, ведь мы преимущественно ее в пищу употребляем. Только вот интересно, что Лиса может нового про морковку сказать?
- Новейшие разработки Забугорных ученых доказали, что морковка, которая тут у нас в ходу – неправильная. Недостаточно в ней витаминов и минералов для поддержания жизни среднестатистического кролика. Все Забугорские кролики уже давно перешли на «Морковку-Лайф». В переводе – «жизнь». Поэтому у них там, в Забугории, кролики и живут богаче, и скачут резвее, и плодятся активнее. Будете регулярно употреблять «Морковку-Лайф» — и вы сподобитесь.
- Ах! – хором выдохнули неопытные от таких невероятных перспектив.
- А в чем ее отличие? – робко спросил один из соискателей.
- Отличие кардинальное, вы даже удивитесь,  — еще пуще запела Лиса. – Вот морковка фиолетовая, а вот зеленая, и еще в диагональную полосочку, а вот и вовсе в виде порошка. Если принимать ее строго по схеме и без перерывов, так скоро вы все тут будете бодрые и счастливые, как забугорские собратья.
- Ах! – в очередной раз восхитились кролики. – Какая красивая морковка, особенно та, что в полосочку!
- А скажи-ка, Лиса, — спрашиваю, — как это наши отцы и деды ели обычную морковку и при этом оставались бодрыми и счастливыми без всяких забугорных разработок?
- А это потому что экология другая была, — вывернулась хитромудрая Лиса. – Тогда-то и трава росла зеленее, и солнышко светило ярче, и Лес был другой, и кролики пожирнее были…

Во-во… Вот тут я верю, поскольку знаю, что все Лисы за счет крольчатины и живут. Они морковку не уважают – ни отечественную, ни забугорскую.
- А в какую же цену твоя «Морковка Жизни» будет?
- Цена соответствует качеству, — быстро говорит Лиса. – Вот тут у нас гибкая система скидок. Если вы покупаете весь комплект прямо сейчас, то это вам обойдется ровно в 2 раза дешевле, чем когда-нибудь потом.
- Ах! – опять залопотали кролики. – В два раза, подумать только! Надо пользоваться случаем, а то потом переплачивать придется!
- А если вы приведете ко мне каждый по другу, и он тоже что-нибудь купит, то вам еще часть денег вернется, в виде вознаграждения, — продолжает соблазнять Лиса. – Так что вы еще и зарабатывать на этом сможете!

Тут кролики совсем  как с ума посходили, задрожали, запрыгали, даже друг друга отталкивать стали.
- Слышь, Лиса! А чем это морковку твою поливали, что она фиолетовая да зеленая стала? – спрашиваю. – Небось, пищевые красители и добавки? А это разве полезно для лесных жителей?
- Слушай, ты, опытный! – говорит мне Лиса так тихонько, сквозь зубы. – Скачи отседова, не мешай мне бизнес делать!  Чем надо, тем и поливали, тебя не спросили!
- Братцы-кролики, вас обманывают, вам фуфло впарить хотят! – заявляю я. – Морковка, она и в Африке морковка, какую земля родит, такая и полезная!
Но куда там, не слушают меня кролики, уже выгоду в уме подсчитывают, аж глаза косят от умственного напряжения…

Ну, мое дело предупредить, я и предупредил. А дальше пусть сами думают,  куда им – в подопытные или в обратном направлении.  А я в эти игры не играю, мне фиолетовая морковка дюже подозрительной кажется, не говоря уж о порошковой… На мне опыты ставить – нет уж, увольте! А то так недолго и самому в какой-нибудь другой цвет перекраситься, а оно мне надо? Фигушки вам, я у себя один, запасного не выдадут!

Скачу дальше – тут мне поперек дороги выплывает Удав.  Весь такой важный, красивый, откормленный, лоснится аж. И глаза такие ласковые-ласковые, как у отца родного. Ну, я не шибко-то испугался – наш Медведь порядок блюдет, просто так, за здорово живешь, Удавам кроликов хавать строго-настрого заказано. Но вот обходным маневром – можно. Так что все равно надо быть настороже, держать ушки на макушке.
- Какое шшшастье, что вы пришшшли в нашшш «Удав-банк», — радостно зашипел Удав, как будто не кролика, а сына блудного встретил после долгой разлуки. – Только у нас самые выгодные кредиты под совершшшенно ничтошшшные проценты, вы и не заметите…
Ага, как же! Знаю я их. И ведь не врет, только не договаривает! И не заметишь, как они своими процентами тебя за горло возьмут – и не пикнешь.  Их «Удав-банк» у нас в Лесу «Удавкой» кличут, и за дело, между прочим…
- Я, Удав, к тебе в банк ни ногой, — отвечаю. – И в мыслях не было. Посторонись, освободи дорогу!
- А зря ни ногой-то, ты запусти такую мысль, — продолжает шелестеть Удав. – Вот у тебя норка небольшшшая, а семейство все растет и растет. Детям шшшилье надо? Внукам надо? Нашшш «Удав-банк» предлагает жилищщщные кредиты с рассрочкой на 20 лет…
- Не надо нам, — мотаю головой. – Мы уж лучше подкопим, и так как-нибудь…
- А чего жжждать? – шипит Удав. – Пока это вы ещщще накопите… А тут шшшразу заселяться можжжно… Жжживите на жжждоровье…
- Какое уж тут здоровье, ежели сплошная кабала? Такое жилье вдвое дороже встанет, — говорю я.  – Нет уж, нет уж, мы уж так уж как-нибудь…
- Это вы прошшшшто ушшштали, — переменил тактику Удав. – Вам бы попутешшшествовать… Вожжжьмите туришшштический кредит… На Озера… Или дажжже в Забугорию…
А у самого кончик хвоста так и подрагивает, так и напрягается в нетерпении. Уж очень ему хочется меня за горло взять, да только я кролик тертый.
- Спасибо, спасибо, тут подумать надо, с семейством посоветоваться, пойду я, удачи вашему «Удав-банку», если что, так сразу же, а пока прощевайте…
И я одним прыжком – в сторону, и по травке, по травке, обогнул Удава и был таков.  Нужны мне его кредиты, как же… Я тут дикарем на Озерах был, познакомился с тамошней Жабой, так она мне тоже порассказала – ужас сплошной, не захочешь туда и путешествовать. Там пришлых гостей тоже на всякую всячину разводят, да так умело! Какой-то Щуке зонтик умудрились навязать. Ну зачем Щуке зонтик, ежели она всю жизнь под водой проводит? И вот ведь вроде рыба мудрая, не пескарь какой-нибудь, а повелась, купилась… Над ней потом все Озеро хохотало, и до нас вот этот анекдот докатился! Нет, ну их, эти Озера, да еще с кредитом. И «Удав-банк» мне даром не нужен. Когда чего очень хочется, так я или подкоплю, или у других зверей взаймы возьму – оно себя окупает, куда дешевле получается, чем в их «Удавке».  И без залога опять же. Они ведь в залог душу берут, если что – ам, и нет кролика, слопают и не подавятся.

Бегу дальше, смотрю по сторонам. Вон, сороки трещат-заливаются:
- Вкладывайте ваши сбережения в Дупло! Дупло – надежный гарант ваших вкладов! За 10 орешков через год вы получите 12!
Ага… То, что сейчас стоит 10 орешков, уже через пару месяцев будет стоить 12, через полгода – 15, а через год… Кто же его знает, сколько оно будет стоить через год? Но уж никак не меньше, чем 12… Так что смысла в таком вложении вроде бы и нет, а вот несут же, вкладывают…
Тут навстречу мне Еж – деловой такой, спешит, топочет короткими ножками, яблоки на иголках несет. Видать, запасы  на зиму делает. Я обрадовался: мы с ним приятельствуем, и я его крепко уважаю. Очень опытный Еж!
- Здорово, Кролик!
- Здорово, Еж!  Как оно?
- Оно нас, мы его, пока что дружеская ничья.  А ты как?
- Бегаю, наблюдаю. Скажи мне, друг, от чего это у нас в Лесу народец так поглупел? Уж водят их за нос, водят, обманывают-облапошивают, а им все невдомек!
- Наверное, от фиолетовой морковки, — захихикал Еж. – Ее же каким-нибудь «оглупином» и поливают. Это и ежу понятно!
- Чего ж они такие доверчивые-то? – посетовал я.
- Естественный отбор, — предположил Еж. – Глупые вымрут, умные – как мы с тобой! – останутся. И потомство наше останется, потому как наш опыт успеет перенять.  Тем более что мы с тобой твердо знаем, как выглядят природная морковка и настоящие яблоки.  И где взять, тоже знаем.
- А им кто мешает?
- Дык за ней же бегать надо, далеко, опасно. Я вон за яблочками тоже не ближний свет куда топал, в сад пришлось наведаться. Шевелиться надо – а им лень. Вот им всякие Лисы с доставкой на дом и приносят вредную чепуху. «Новейшие разработки», ха! Еще надо подумать, кто и зачем их разработал, заместо природного-то материала!
- А я еще думаю, тут в халяве дело, — ответил я. – Как услышат слова «бесплатно» или «со скидкой», так готовы гнилушку болотную купить! Халява – это, друг, заманчиво.
- Это и ежу понятно, — вздохнул он. – Эх, не тот уже Лес, не тот… Помнишь, как раньше-то хорошо было? Все свое, родное, натуральное… И звери жили дружно, не в пример теперешему…
- Да ладно, не преувеличивай, — говорю ему я. – И тогда был естественный отбор, и Лисы, Удавы и прочие хищники – тоже наблюдались.  Только народ лесной тогда был… поумнее, что ли. Посмекалистее. Осторожность соблюдал. А теперь все какие-то беспечные и до приобретений алчные. У иного в норе уж и не пролезть толком, все покупками завалено.  Если между этим всем пробираться, то времени куча уходит, когда жить-то?
- Ну, нам с тобой это не грозит, — засмеялся Еж. – Мы-то – опытные!

И отправились мы каждый своей дорогой. Я скачу и думаю – на фига козе баян, зайцу стоп-сигнал, а щуке зонтик? На кой вкусную, сочную, сладкую и полезную оранжевую морковку во все цвета радуги перекрашивать и в порошки превращать? Зачем голову в пасть удаву по собственной воле совать?

Нееет, наверное, пора мне за дело браться! Буду выпускать Лесную Газету. Так и назову ее – «Опытный Кролик». Буду им, неопытным, на мозги капать, пока они все в подопытных не превратились.  Глядишь, кто и задумается. А материала у меня – на три кроличьих жизни хватит. А то и на пять! Так что, пожалуй, будет это семейный издательский бизнес, дети мои (а они ооочень умненькие крольчатки!), дело продолжат. Буду делиться собственным опытом выживания в Лесу.
А что это мне новые возможности и горизонты открывает, а также дополнительные источники дохода  – так это и ежу понятно!  И зачем мне «Удав-банк», если у меня и лапы быстрые, и мозги ясные, и ушки торчком, и нюх отменный, и хвостик всегда по ветру? В будущее я смотрю с оптимизмом, потому что сам себе голова. И главное – на ошибках я учусь и никогда их больше не повторяю.

Ведь только так в нашем лесу и можно не выживать, а жить!  На Медведя-то, как говорится, надейся, да сам не плошай. Чего и вам от души советую!
Автор: Эльфика

+1

331

http://s9.uploads.ru/t/kUHwy.png

0

332

БРЕДУЩИЕ ВО ТЬМЕ — сказка от Эльфики

http://s6.uploads.ru/9BKDN.jpg

Эта сказка написана для мамочки ребенка-аутиста. Она была заказана давно, но родиться не спешила.  «Стимуляция родов» произошла благодаря мыслям девочки Сони, которые потрясли меня до глубины души (статья «Мудрость наших детей»). И во мне вдруг стали разворачиваться картины, полились чувства и эмоции, которые и выплеснулись в виде этой истории. Если кому-то поможет – буду рада.

БРЕДУЩИЕ ВО ТЬМЕ
Сказка для Оксаны

Мне часто снится один и тот же сон. Ночь, пустынное шоссе с белой разделительной полосой, теряющееся во тьме, по бокам – два ряда фонарей, словно подвешенные звезды, разгоняющие мрак. Я иду по кромке шоссе и напряженно смотрю влево и вниз. Там, под высоким крутым откосом, точно такое же шоссе – те же два ряда фонарей, разделительная полоса, ровный асфальт, и по дальней кромке тоже идет человек. Но, в отличие от меня, он не смотрит по сторонам. Он вообще никуда не смотрит. Его взгляд устремлен внутрь, в себя. Он двигается размеренно и механично, как робот. Я его знаю, этого человека. Это мой сын. Я очень боюсь, что он оступится и упадет — его шоссе, как и мое, слева обрывается высоченным откосом. Улетишь – костей не соберешь. Надо быть предельно внимательным. Но он смотрит вперед незрячими глазами и не ощущает опасности. Я хочу крикнуть, предупредить, но мой крик повисает тут же, неподалеку от моих губ, словно у него нет возможности слететь туда, ниже. Звуковые волны в этом странном пространстве почему-то не распространяются. Не слышно даже звука шагов. Полное, абсолютное  безмолвие.

Тут шоссе делает изгиб, надо поворачивать, а мой мальчик продолжает идти по прямой, и через секунду его нога зависнет над бездной, и тогда… Я отчаянно кричу, срывая голос, увязая в ватной тишине,  – и просыпаюсь в холодном поту. Слава Богу, это только сон. Всего лишь сон… Хотя наша жизнь очень, просто пугающе, на него похожа.

Я – мама «особенного ребенка». У нас диагноз – аутизм. Вот уже 15 лет мы с этим живем, и я давно оставила наивную надежду на то, что в один прекрасный день мой ребенок вдруг стряхнет с себя сосредоточенное оцепенение, засмеется, запрыгает и завопит во все горло: «Ну что, здорово я вас разыграл???». Нет, таких затяжных розыгрышей не бывает, так что все правда.  Аутизм поселился с нами навсегда, и с этим мне давно пришлось смириться.
Аутизм – это такая болезнь, отклонение в развитии. Если кто не слышал, я расскажу:  «ауто, авто» – по-гречески значит «сам». Тот же корень, что в словах «автономный», «автоматический», что значит «самодостаточный, самонаправленный». В общем, все сам и в автономном режиме. Ему никто не нужен. Он живет в своем самодостаточном мире и не впускает туда никого, даже меня. И его «самонаправленный» взгляд направлен внутрь – туда, где живет только он сам, в своей запредельной аутентичности. Его реакции на внешний мир неадекватны. Я никогда не знаю, что их вызвало, и почему он вдруг ни с того ни с сего начинает прыгать на месте, или взмахивать руками, как крыльями, или отчаянно плакать, или отчаянно скрежетать зубами, или прятаться в темные углы, лицом к стенке… Я не знаю, а он не может сказать. Он всегда молчит. Ему не нужен никто, но нужна я – его мама, хоть он об этом, возможно, и не знает. Я помогаю ему жить и выживать в этом огромном и чужом для него мире.

Я люблю его так, как невозможно любить обычного ребенка. Когда обычные дети растут, они постепенно обретают самостоятельность, отдаляются и отделяются от мамы, пока не станут взрослой, автономной и самодостаточной  личностью. Вот видите, и тут – автономность и самодостаточность… Но в этом случае – со знаком «плюс», а в нашем – со знаком «минус». Без меня он просто умрет. Поэтому я его все еще люблю как часть себя. Я не расслабляюсь ни на минутку и делаю все, чтобы защитить его и сделать по возможности счастливым. Хотя чаще всего мне трудно определить, счастлив ли он. Ведь он молчит, и лицо его безучастно, а те эмоции, которые он все-таки иногда проявляет, никто не может «перевести» на человеческий язык.

Я знаю про аутизм много, очень много. Ведь я старалась помочь моему мальчику, как только можно, и изучила проблему аутизма вдоль и поперек. Я знаю, что аутизм бывает разный, и в отдельных случаях возможна полная адаптация к нормальной жизни. Я знаю, что многие гении и выдающиеся люди были аутистами. К сожалению, это не наш случай. Мы так и не научились ни читать, ни писать, ни говорить. Так бывает. Мой ребенок все еще бредет во тьме по бесконечному шоссе…

Вопросы «за что?» и «почему?» в нашем случае неконструктивны. Просто так есть. А вот вопрос «зачем?» все еще открыт. Зачем ему такой опыт? Зачем он мне? Что мы должны из этого понять, извлечь? Может быть, вы скажете, что глупо – задаваться такими абстрактными вопросами, когда нужно решать насущные проблемы. Но я верю в Бога, и в то, что все, что нам ниспослано – не просто так. У всего имеется какой-то глубинный смысл, и его очень важно понять. Иначе – зачем все это???
И вот сегодня вечером я, накинув теплую курточку, вышла на балкон, чтобы увидеть Вифлеемскую Звезду. Сынуля уснул, у меня есть время для себя. Хотя по-настоящему побыть одной мне не удается – все время незримо присутствует мой мальчик, я боюсь разорвать эту связь даже на секунду. Я смотрела на звезды – они были далеки, холодны и равнодушны, такие же отстраненные, как мой ребенок. Я почувствовала, как трепыхнулось и заныло мое сердце – изболевшееся сердце матери «особенного» ребенка. Это было нельзя, мне ни в коем случае нельзя распускаться, ведь случись что со мной – и страшно подумать, что будет с ним. Поэтому я стала молиться, обращаясь туда, к звездам. Не о чудесном исцелении, нет. О том, чтобы мне ниспослали сил, твердости и понимания. Я исступленно твердила свою просьбу раз за разом и впала в какое-то странное состояние, не то транс, не то анабиоз. И вдруг одна из звезд стала падать. Хотя нет – не падать, а просто приближаться по широкой дуге, стремительно увеличиваясь в размерах, пока не зависла прямо напротив нашего балкона, там, где в темноте угадывались крыши гаражей.
- Тихо, не кричи, — прошелестела Звезда, распространяя мягкое голубое сияние. – Просто направь мне мысль, и я тебя услышу.

Я ничуть не удивилась этому тихому голосу – боже мой, мало ли необычного и особенного в этом мире? Аутизм, например… И на меня вдруг снизошло необычайное, ясное спокойствие. Я перестала чувствовать свое тело, словно мой разум освободился от физических оков и стал автономным. И мысли вдруг стали легкими и ясными, как будто очистились от шелухи случайных слов и ассоциаций. Только она и я, и между нами – прямой луч связи.
- Скажи мне, Звезда, — мысленно позвала я, — зачем нам ниспослано такое испытание?
- Какая разница? Разве от знания что-то изменится? – ответила Звезда.
- Изменится, — твердо сказала я. – Для меня – да. Это придаст мне сил, если я буду знать, почему мой мальчик обречен брести во тьме.
- «Брести во тьме»…  - и Звезда засмеялась. Смех у нее был тонкий, серебристый. – Да он куда более зрячий, чем любой землянин, и чем ты – тоже.
- Зрячий? Нет, ну конечно, он не слепой, он все видит. Но не воспринимает! Иногда мне кажется, что он смотрит в другое измерение.
- Так оно и есть, — подтвердила Звезда. – Он не хочет, не может смотреть сюда, на Землю, где бредут во тьме миллиарды зрячих. У него обнаженная душа.
- Обнаженная душа?
- Да. Он слишком честный, понимаешь?
- Не понимаю, — призналась я. – Что ты пытаешься мне сказать? Что значит «слишком честный»?
- Он не может играть по вашим правилам, — объяснила Звезда. – Ему больно…
- Больно – что?
- Ваши души изначально бывают чисты, но стоит вам родиться, и вы постепенно начинаете обрастать коркой. Наращиваете панцирь, чтобы можно было более или менее сносно существовать. А у него такой корки нет. Поэтому он очень уязвим. У него совсем нет защиты…
- Ну как так «совсем нет»? Ведь я оберегаю его, — удивилась я. – Я окружаю его любовью, занимаюсь с ним, я  забочусь о нем, я никому не позволяю его обижать!
- Ты не понимаешь, — слегка качнулась Звезда. – Он чувствует боль человечества как свою. И не может с ней справиться – так она велика. Слишком велика для одной души.
- Но мы все (или почти все!)  чувствуем боль человечества. Переживаем, когда где-то катастрофа, помогаем нуждающимся, поддерживаем страждущих, боремся со злом… Мы сочувствуем и сопереживаем! – возразила я.
- Вот именно… Со-чувствуете. Со-переживаете. А он чувствует и переживает. Как будто это происходит с ним, и все одновременно, в одно и то же мгновение. Представь, что ты каждое мгновение принимаешь на себя за всех и боль утраты и гнев предательства, горькую обиду и лютую ненависть, неизбывную вину и несправедливое обвинение, и еще много всего… Ты бы вынесла?
- Нет, разве такое можно вынести? – испугалась я.
- Вот видишь… Даже с твоей коркой этого было бы слишком много. А он – обнажен, его душа не имеет иммунитета ко лжи, к коварству, к любому злу… И что он может? Только отгородиться, перестать видеть замечать, и реагировать. Уйти в себя, туда, где безопасно.
- Но от этого он становится еще более уязвимым, — сказала я. – Нельзя, невозможно жить среди людей и не вступать с ними в контакт. Он ведь – часть человечества…
- Это ты – часть человечества, — тут же ответила Звезда. – А он – само человечество. Он – как многоканальный передатчик, понимаешь? В нем на разные голоса вещает весь мир. Он так настроен, и с этим ничего не поделаешь…
- Неправда! – отвергла ее слова я. – Я знаю случаи, когда дети с таким же заболеваниями развиваются, начинают говорить и общаться, приспосабливаются к жизни! Их еще называют «люди дождя»…
- Просто у твоего ребенка слишком тонкая настройка, — тихо сказала Звезда. – Одни способны со временем нарастить хоть какую-то корку, а другие – нет. Но они очень, очень нужны Вселенной, поверь!
- Ты сказала – «передатчик», — вспомнила я. – А кому и что он передает?
- Нам. Звездам, — просто ответила она.  – Вы все бредете во тьме. Вы совершаете множество нелогичных и разрушительных поступков, из-за которых жизнь на Земле может прерваться в любую минуту. Вы изобретаете все новые и новые способы уничтожения друг друга и окружающей среды, не задумываясь о последствиях. Если мы будем знать, мы сможем вам помогать. Но ваши умы засорены искаженной информацией, ваши чувства все время лгут вам, а ваши души разучились видеть. Некоторые способны различить частности, но уже не могут охватить целостность. А вот «люди дождя» эту способность сохранили. Они передают информацию в чистом виде, такой, какая она есть. Что ж поделаешь, если она такая страшная…
Я молчала. В моей голове мгновенно пронеслись мысли о техногенных катастрофах, бездумном и опасном использовании атомной энергии, грязных политических играх, оружии массового уничтожения, генетических экспериментах… Мой бедный мальчик! Как же все это принимать на себя, если корки нет, и душа так и не смогла огрубеть…
- Представь себе сеть, — помолчав, сказала Звезда. – По всей планете разбросаны вот такие «передатчики». И Звезды имеют полную картину того, что творится на Земле. Благодаря этому, нам до сих пор удавалось вас спасать. Иногда – в последнюю секунду, но удавалось. Понимаешь, как важна их миссия?
- Пока что я поняла только одно: он переполнен ужасом, — горько сказала я. -  Ему невыносимо страшно выйти из своей скорлупы и попасть в наш безумный мир. Мы-то привыкли, мы уже разучились бояться. Мы просто живем! А он…Слишком ранимый… Слишком чистый для этого несовершенного мира, где каждый бредет во тьме, и немногим удается пробиться к Свету.
- Ты спрашивала – «зачем?». Зачем это происходит с ним – ты теперь знаешь. Поняла ли ты, зачем это происходит с тобой?
- Да, — отвечала Звезде я. – Я должна еще тщательнее охранять и беречь его, чтобы он мог выполнять свою миссию. Я должна помогать ему всем, чем смогу. И еще – я не должна дать ему упасть.
- Ты правильно поняла, — кивнула мне Звезда. – Ты сможешь, потому что в душе каждой мамочки такого ребенка сияет свет Звезды. Он дает вам силу.
И она протянула ко мне тонкий голубой лучик, который легко коснулся моей груди, словно мягкая ладошка.
- До встречи, — шепнула Звезда и стала подниматься вверх, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. – Я полетела делать свое дело, а ты делай свое. Прощай…

Я до сих пор не знаю, что было там, на балконе. Действительно ли ко мне спустилась Звезда, или я все это придумала, или почудилось… Впрочем, мне все равно. Главное, что после этого я обрела уверенность и ясность. Если мой сын – «особенный» ребенок – что ж, мне предстоит стать «особенной» мамочкой.
Мне все еще снится мой сон с двумя ночными шоссе, но теперь он немного другой. Я так же иду по верхней дороге, а сыночек – по нижней. Он так же погружен в себя и не видит поворотов. Но я уже не та, что прежде: во мне нет тревоги, потому что от меня к нему тянется тонкий голубой лучик, соединяющий нас надежно и крепко. Этот луч  словно поводок, а я – поводырь. Я веду своего мальчика по дороге жизни. И я знаю, что проведу его по краю любой пропасти, и не дам ему упасть, чтобы он смог выполнить то, что ему предначертано судьбой.

Так мы и движемся по нескончаемой ленте шоссе, а выше и ниже идут, едут, летят, спешат в будущее другие такие же люди, живущие на нашей планете. И пусть все мы пока Бредущие во Тьме – у нас есть сеть из «людей дождя», и,  наверное, есть еще какие-то средства высшей защиты, и главное – за нами наблюдают Звезды, и я верю, что когда-нибудь мы все  обязательно придем к  Свету.
Автор: Эльфика

+1

333

http://sg.uploads.ru/t/IXLPC.gif
http://sh.uploads.ru/t/U8vVS.png

Отредактировано Золотко (2017-04-13 08:34:41)

0

334

АВАРИЯ — сказка от Эльфики

http://s3.uploads.ru/MuWFi.jpg

Сказка для Маринки
          Маринка водить машину не умела. Да и зачем ей? За рулем всегда муж, ее дело – штурманское, вовремя сказать, куда ехать надо. Так и распределялись у них роли, пока не случилась авария.
Да нет, так-то ее муж хорошо водил машину, нарушений не допускал. Не на дороге случилась авария, а в жизни. Вдруг начались у них в отношениях какие-то неполадки. Ну, словно как в машине бывает – не то карбюратор барахлит, не то резина поизносилась. Стала как-то их семейная машина то тормозить, то пробуксовывать, то дергаться на ровном месте. А потом и вовсе встала как вкопанная. Как будто бензин кончился!
Маринкин муж объявил ей, что все, мол, прошла любовь, пришла рутина,  надоело все, и он уходит. Навсегда. К маме. Такая вот авария.
Маринка просто остолбенела и впала в ступор. Как так – «к маме»? Почему уходит? Ведь столько лет вместе прожили, вроде все хорошо было, и достаток, и деток вырастили, и дорога впереди виделась ясной, накатанной. И все жизненные ухабы-рытвины они до сих пор как-то преодолевали, а теперь вот на тебе – «прошла любовь». Ну как так?
Ну конечно, Маринка попыталась что-то сделать. Поговорить, объясниться, может, изменить что-то. Ну, как на другой бензин перейти, что ли? Или тюнинг сделать… Но ничего из этого не вышло: муж ее не слушал и стал уже вещи свои к маме перевозить. Решил твердо, стало быть,  поменять семейную машину на что-то более современное.
У Маринки просто руки опустились. Если бы у него другая женщина появилась – еще хоть как-то понятно было бы. В женских журналах всегда множество советов есть, «как Его удержать», «как отвадить разлучницу», и все такое прочее, что можно было бы в жизни применить. А тут – «к маме»… Мама его Маринку никогда не жаловала, все губы поджимала. Так что не союзник она, и ни в одном журнале советов не найдешь, как быть в таком вот случае. Все, конец. Авария! Транспортное средство восстановлению не подлежит…
В общем, ушел муж. И машину забрал. А Маринка и не возражала – она же все равно водить не умеет, на что ей машина, зачем?
Вот так и гараж опустел, и семейное гнездышко. Бродит Маринка целыми днями из угла в угол и не знает, чем заняться. Готовить не надо, стирать тоже, хлопот поубавилось, и ехать не на чем, да и некуда. Дети уже взрослые и самостоятельные, у них своя жизнь. А Маринка осталась, как говорится, без руля и без ветрил. И уже подумывала, что ей самой на свалку пора, но тут…
От скуки и отчаяния полезла она в Интернет, зашла на какой-то женский сайт и описала свою беду. Так, мол, и так, осталась одна, вся в непонятках. Вроде жили-не тужили, муж за рулем, я при нем штурманом, а теперь ни руля, ни мужа. И как из этой ситуации выруливать – совершенно непонятно.
На ее крик души много кто откликнулся. Но советы они давали какие-то невнятные: кто советовал наказать, кто отомстить, кто забыть… А вот один совет ей в душу запал. Уж очень он выделялся из общей массы.
БЕЗ РУЛЯ НЕ РАЗРУЛИШЬ. СРОЧНО НУЖНО ПРИОБРЕСТИ РУЛЬ! – вот такой был совет.
И ник у этого пользователя было необычный. Птицефея Симороновна – вот как ее звали. Маринка сразу представила себе эдакую полную деревенскую бабуську, птичницу в третьем поколении, носительницу опыта и народной мудрости. Ясное дело, Маринка сразу ей написала, и завязалось у них общение.
- А где же мне руль взять? Машина-то у мужа, — написала она.
- Известно где. Иди в автомобильные магазины и присматривай. Да сразу не покупай, повыбирай сначала.
Маринка в таких магазинах сроду не бывала. Это потому что ни в рулях, ни в прочих автомобильных деталях не разбиралась – все муж приобретал. А тут собралась и пошла. Ой, глаза у нее просто разбежались! С только всяких штуковин непонятных, железяк всяких… Но она честно все осмотрела аж в трех автомобильных магазинах. Вернулась домой и пишет:
- Рулей много, и все разные. А как свой выбрать?
- А каким тебе рулить приятнее будет? Тот и бери. Руль, он ведь как родной мужчина. Он тебе нравиться должен, тогда сладится у вас.
- А может, какой подешевле? – спрашивает Маринка.
- А ты что, на дешевых мужиков разве западаешь? – отвечает ей Сипороновна. – Не экономь на себе, дорогая. Жизнью рулить – это тебе не двухколесным самокатом управлять. Какой руль, такая и жизнь!
- Это точно, — вздохнула Маринка, махнула рукой и купила себе самый красивый руль. Дорогой – страсть, но зато он ей нравился. Ну нравился – и все тут! Продавец пытался ей какие-то вопросы задавать, но она ничего не поняла и наврала ему, что в подарок покупает. Ну, он и отстал, а ей только того и надо. Пришлось такси взять – а то с рулем в общественном транспорте ехать было как-то неловко.
- О, какая серьезная вещь! – похвалил таксист. – Для вашей машины?
- Ага, — пролепетала Маринка, молясь, чтобы он не стал еще вопросы задавать. А то ей и сказать-то нечего. Но он и не задавал, только посматривал уважительно всю дорогу.
- Купила. И что теперь? – просигналила она Птицефее.
- А теперь начинай рулить потихоньку, — отписала та. – Можешь ситуации разруливать, можешь вираж заложить, можешь поворот судьбы сделать. Только осторожно! Потренируйся сначала. Ты ж водитель начинающий…
Маринка сама себе удивляется – ну что за ерундой тетка занимается? – но рулит. Уж очень он приятно в руки ложится, руль-то… Такой солидный, но не тяжелый совсем. Как тут и был, как будто она с рулем родилась.
- А как ситуации разруливают? – это она Птицефее пишет.
- А ты что, машину не водишь? Надо бы научиться, — отвечает ей Симороновна. – А то когда рулишь, как Бог на душу положит, тогда и аварии случаются.
Маринка подумала – и записалась на курсы вождения. А чего ей делать ,времени свободного куча, да и наличие руля в доме как-то мотивирует…
Поначалу боялась ужасно, но инструктор ей попался толковый, знающий, он  все ее комплексы как-то обошел и первичные навыки вождения дал. А Маринке вдруг показалось, что она и раньше рулить умела. Конечно, дома-то уже натренировалась со своей игрушкой. Инструктор Маринку хвалил, говорил, что способная. А ей-то как приятно было!
Ездить Маринке понравилось, и рулить тоже. Дома со своим рулем тренируется, а в автошколе – с настоящим. И так уже ей хочется, чтобы и у нее своя машинка была! Ведь скоро она уже права получит, а где их применять? Не в трамвае же?
- Ой, как я хотела бы авто-леди стать! – набирает она в переписке.
- Так в чем же дело?
- Так и денег нет, и права еще не получила.
- А ты не жди! Иди, присматривай себе машину, а дома бери свой руль и рули по направлению к ней. Поняла?
- Поняла. А что, подействует?
- А ты об этом не думай, ты просто рули! – советует Птицефея.
Маринка поехала на авторынок, где с рук машины продают. Ходит, машины рассматривает, с продавцами общается. Маринка ученицей старательной была, много что полезного от инструктора почерпнула. Теперь она уже могла поговорить на их языке, кое-что понимала. Но вот так взять и купить машину самостоятельно – нет, это ей пока боязно было.
Одна машинка ей сильно понравилась, просто до ужаса! Маленькая такая, синего цвета «металлик», на жука похожая. Стоила она не то чтобы много, но и немало. Таких денег у Маринки не было.
- Присмотрела одну. Очень понравилось. Только купить я ее не смогу, денег нет, — призналась она Симороновне.
- Денег нет у тебя в голове, а в мире их предостаточно. Набери ка в «Поиске» симорон-деньги, и начинай их приманивать.
- А симорон – это кто?
- Это мой папа. По совместительству и мама, — отвечает Птицефея. — Ты не спрашивай, ты делай!
Набрала Маринка эти слова – а по такому запросу столько всяких материалов обозначилось! Она читает – и ей смешно: ну как такая чепуха может деньги приманивать??? Но решила попробовать – чем черт не шутит???
И что вы думаете? Заработало! Стали деньги к Маринке слетаться, как птички к кормушке.
- А вдруг машинку раньше купят, чем я деньги соберу? – спрашивает она Птицефею.
- А ты рули, рули! Вырулишь как раз в нужное место и в нужное время! Есть у Симорона такая присказка: «Нас устроит любой результат. Особенно другой!». Ты его на вооружение возьми, и увидишь, как жить легче станет!
- Ох, дела! – дивится Маринка, но все инструкции выполняет. Про аварию свою и не вспоминает – не до этого ей, ведь столько сделать надо!
И как раз когда она права получила, вскоре у нее день рождения случился, ей как раз 45 стукнуло. Все ее детки приехали и подарок сделали. Вскладчину.
- Ты у нас мама и бабушка современная, вождение вот освоила, молодец просто, гордимся тобою! Мы тут посовещались и решили, что тебе машина нужна. А это наш скромный первый взнос на будущую машину!
И конвертик ей вручили. Маринка после прикинула, своих добавила и взяла кредит – теперь на все хватает. Только вот как бы проверить, насколько машинка ей подходит? Новых аварий в своей жизни она не хотела.
- А я руль с собой возьму! – решила Маринка. – Будет мне и талисманом, и консультантом.
И поехала прямо с рулем! Смотрит, стоит она, родимая, ее дожидается. А продает ее мужчина, такой немолодой уже, приятный во всех отношениях.
- Ох, я смотрю, вы со своим рулем, — восхитился он. – А откуда вы знаете, что он к этой марке подойдет?
- А это как Золушкина туфелька, — пошутила она. – Не подойдет – другой машинке примерим.
- Первый раз вижу женщину, которая к рулю машину подбирает, — удивился мужчина. – Какая вы… оригинальная! А вы сами водите? Может, хотите тест-драйв произвести?
- Обязательно хочу, — обрадовалась Маринка. – А то нам ведь с ней долго жить придется.
Хозяина, конечно, на пассажирское сиденье пригласила. Вот поездили они по окрестностям авторынка, он еще больше изумился:
- Да вы водите просто как ас! Никогда не думал, что женщины так с машиной сливаться могут. Наверное, большой опыт за рулем?
- Большой, ох, большой! – засмеялась Маринка. – Ни дня без руления.
В общем, машинке Маринка тоже понравилась, и решили они узаконить свои отношения и жить вместе. А дальше они с хозяином отправились документы оформлять. Оказалось, что это он старую машинку продает, а сам себе новую купил – большую, серебристую. И домой они отправились уже на двух автомобилях, каждый на своем. А хозяин бывший так Маринкой увлекся, что пообещал ей подарить все запчасти к ее машинке просто так, из хорошего расположения. Для этого они телефонами обменялись и о встрече договорились.

http://s8.uploads.ru/JXWRw.jpg

А потом случилось такое. Едет однажды Маринка на своем синем чуде, жизни радуется. На работе оклад повысили и премию дали, вечером – свидание намечено с тем самым мужчиной, у кого она машину купила, мотор работает – как кошка мурлычет, все у Маринки хорошо!  Недаром говоря, что в 45 – баба ягодка опять, особенно если у нее в голове симоронский ветерок веет. Его еще Ветром Перемен можно смело назвать, кто симоронить пробовал – тот знает.
И тут на перекрестке рядом с ней в соседнем ряду – кто бы вы думали? Муж ее бывший. На той самой знакомой машине, что до их жизненной аварии общей была. Муж ее тоже увидел и аж рот открыл. И на лице его такое выражение, словно он привидение узрел. Конечно, разве после таких аварий, что у них случилась, женщины могут ТАК выглядеть? Нет, они обычно увядают, опускают руки, доживают себе тихо свой век на воспоминаниях о минувшем счастье… Внуков нянчат да пенсии ждут. А тут… И эта супер-пупер-авто-леди – его бывшая??? Не может быть! Все это промелькнуло на его лице, как кадры на кинопленке.
А Маринка ему улыбнулась, помахала, дождалась зеленого – и рванула туда, в новую жизнь, где перед ней открыто сто дорог, и все новые и интересные, и главное, что она сама за рулем, и едет не туда, куда везут, а туда, куда хочется!
Автор: Эльфика

0

335

ЗЛЫДНЯ — сказка от Эльфики

http://se.uploads.ru/wmdNt.jpg

Поселилась во мне Злыдня. Нет, так-то я белая и пушистая, родители меня как следует воспитали: все пойму, всех прощу, где надо – смолчу, обиду – проглочу. В общем, плюшевый зайчик, а не женщина! И откуда эта Злыдня объявилась – ума не приложу?!
Только вот стала я замечать, что иногда мне хочется заорать во всю глотку, высказать все, что наболело, шмякнуть, плюнуть и растоптать. Так меня, понимаете ли, все раздражать стало…
С утра встанешь – и сразу уже раздражаешься. Муж что-то речитативом бубнит, сын басит, свекровь третьим голосом подпевает, и всем чего-то от меня нужно – такая вот опера. На работу придешь – целый хор: сплошное жужжание, что почем да кто кого, и так до 18.00. С работы вернешься – муж по телевизору спортивный канал смотрит, стадион гудит, муж вслух комментирует… Сын музыку свою включит – «ды-дынц, ды-дынц», все мозги выносит. Свекровь вся такая приторно-ядовитая, как крысиный яд, ни слова без подковырки, кукует и кукует, только года мне в минус идут…
И ведь что характерно – раньше я как-то со всем этим жила, и ничего. А тут вдруг стала Злыдня из меня вылезать. Поднимет голову – и подстрекает меня на неадекватные действия. Ну, например, запустить в телевизор вазой – и чтобы оба вдребезги! Или налить в стереосистему водички и посмотреть, как она потом свое «ды-дынц» делать будет. А на работе карантин объявить, чтобы все марлевые повязки надели и хоть немного помолчали. А еще лучше – гранатой запулить, чтобы уж наверняка. Это не я, это Злыдня мне такое нашептывает… И понимаю, что держусь я уже из последних сил, вот-вот начну все это в жизнь воплощать.
Злыдни я боюсь. Каждый раз, как она вылезает, я начинаю ее мысленно обратно запихивать и коленкой утрамбовывать, чтобы не дай Бог, никто не подумал, что Злыдня – это я. Но, конечно, не всегда получается. Иной раз сорвусь и кааак наору! Прямо до истерики. На работе, конечно, я себе крайне редко такое  позволяю, когда уж совсем край, а вот дома иной раз не сдержусь. И сама потом удивляюсь: повод-то обычно бывает какой-нибудь мелочный, яйца выеденного не стоящий, а вот как понесет меня – так и не остановишь. А потом сама себя поедом ем, потому что стыдно, и чувство вины гложет. А семейство мое словно чувствует – начинают во мне эту самую вину подогревать и раздувать, так что я потом себя и правда начинаю Злыдней чувствовать. Хотя она – не я!!!  Я же хорошая, добрая по натуре, если бы не Злыдня – я бы никогда такого себе не позволила, а она вот провоцирует…
И вот однажды после очередного срыва сижу я в гордом одиночестве и размышляю, как бы эту Злыдню в себе изничтожить. Чтобы не было ее вообще, чтобы не мешала мне быть белой и пушистой, окружающих собою радовать. Интересно, где во мне эта Злыдня сидит и как бы ее оттуда выковырять?
И тут случайно глянула я в зеркало, а там – о господи! – вроде я, а вроде и не я. Такая дамочка востроносая, с прищуренным глазом, с улыбочкой на один бок, будто что-то ехидное сказать хочет.
- Это еще что такое? – ахнула я. – Неужто галлюцинация?
- Нет, — говорит, — не галлюцинация я, а твоя любимая Злыдня, прошу любить и жаловать.  Ты меня хотела выковырять – ну так я не стала дожидаться, сама объявилась.
- Ах, вот как! – говорю, — стало быть, ты и есть та сущность, что мне жизнь отравляет и в глазах общественности мое реноме по полу валяет. И откуда ты взялась, такая наглючая да агрессивная, и кто тебе разрешил во мне поселиться?
А она мне в ответ:
- Здравствуйте-подвиньтесь! Да я тут вообще с рождения прописана, потому как я – твоя неотъемлемая часть и имею полное право на самовыражение.
- Очень, — говорю, — здорово! Ты, значит, самовыражаешься, а мне расхлебывай? А то, что меня из-за тебя Злыдней за глаза зовут – это как вообще? Думаешь, приятно? Я ж не такая!
- Такая-такая, — расхохоталась Злыдня мне прямо в лицо. – Люди зря не скажут! Поскольку ты меня не замечала, подавляла, дышать мне не давала, я и разрослась. Специально, чтоб заметили!
- Да уж куда больше-то, тебя не заметишь, как же! – отвечаю я. – И чего тебе надобно, неотъемлемая часть?
- Мне – ничего, — и плечиками эдак пожала, — а вот тебе, как я понимаю, порою хочется разнести все вокруг вдребезги пополам, уничтожить, с землей сровнять и на этом месте новое построить. Можешь не возражать, я ж – твоя жиличка и про тебя все знаю.
Конечно, я ей хотела выдать по первое число, что, мол, нет, ни о чем таком я не мечтаю, а потом думаю: «А чего врать? Так-то Злыдня близко к правде оказалась, порою хочется мне все на слом пустить и начать жизнь с чистого листа».
- А не получится, — скалит зубы она. – Я-то никуда не денусь, с тобой останусь, значит, и по новой у тебя все так же пойдет. Неправильное решение!
- А какое правильное?
- С этого бы и начала, — говорит Злыдня. – Я ж, как и ты, тоже не вредная, а вовсе белая и пушистая. Ежели со мной по-хорошему, так я со всей душой отвечу и разъясню, зачем я тебе нужна и почему такая большая стала.
- Да? Ну, не могу сказать, что я тебе так уж и поверила, но послушаю со всем вниманием. Будь добра, расскажи!
- Сначала-то я была Здоровой Злостью, маленькой такой, компактной. Она каждому от природы выдается, чтобы сигнализировать о неудобствах. Разозлился на что-нибудь или на кого-нибудь – значит, неудобно тебе, некомфортно, надо меры срочно принимать.  Как только положение изменилось – я сразу калачиком сворачиваюсь и засыпаю. А с чего тебе злиться, если все хорошо? Ну, а если ты не услышала, не увидела, хорошо себе не сделала – уж не обессудь. Ты в раздражении, а я им питаюсь. Для меня раздражение, что для тебя драже – раздуваюсь, как на дрожжах. А когда меня слишком много становится, ты меня уже так просто не задвинешь – я тебя сильнее становлюсь.  И я из Здоровой Злости перерождаюсь в Нездоровее Самолюбие. Извини, ничего не поделаешь, природа моя такая.
- И я заметила, что ты из-под контроля выходишь, — кивнула я. – Раньше-то я тебя подавить запросто могла, а теперь вот срываюсь. Ругаю себя потом, а ничего поделать не могу – словно взрывает меня изнутри!
- Это я такая необъятная и всепоглощающая стала, вот наружу и прошусь, — объясняет мне Злыдня. – И не думай, что меня это радует. А просто работа у меня такая, и должна я ее честно выполнять.
- Ага! Тебе – работа, а мне – полная хана! – говорю ей я. – Меня это тоже не радует.  А нельзя сделать так, чтобы и тебе, и мне снова радостно было?
- Отчего нельзя? – отвечает моя Злыдня. – Можно! Если ты меня на диету посадишь, перестанешь меня раздражением пичкать, так я быстро похудею и слова стану миниатюрной, буду спать себе в уголке и сладкие сны видеть.
- А как же мне не раздражаться? – опечалилась я. – Целыми днями все эти «ды-дынц», «бу-бу», «жу-жу», «ку-ку», «гоооол!». Знаешь, как достает?
- Мне ли не знать, — ухмыляется Злыдня. – А только кроме тебя никто ситуацию не разрулит и к общему знаменателю не приведет. Давай, коллега, самоопределяйся.
- Так у них же тоже право на самоопределение есть? Мне только и остается – молчать, пыхтеть и злиться.
- «И злиться» – «излиться», — подсказывает мне Злыдня. – Ты не копи раздражение, а сразу изливай его в доступной форме. Чтобы мне меньше досталось!
- Да ты что! – испугалась я. – Ну как я свекрови скажу, что она – змея из семейства пресмыкающихся? В смысле, что сынок ее, а мой муж, перед ней всю жизнь пресмыкается, и я вместе с ним. Она меня тогда совсем заглотит!
- А ты в глаза и не говори, ты возьми чистый лист бумаги, да на него и излей весь свой гнев. А потом сожжешь и пепел по ветру развеешь. Считай, и освободилась!
- Ну, свекровь – ладно. А остальные?
- И с остальными так же. Тебе что, бумаги жалко?
- Да не жалко. Заведу я такой гроссбух, назову его «Гневник». Ну, как «Дневник», только от слова «гнев». И писать в нем буду свои претензии. Как тебе идейка?
- Хорошая идейка, — одобрила Злыдня. – А потом выдрала лист, пожамкала его от души, и сожги его. Излила душу-то, считай, гнев свое и отполыхал.
- Только это что же получается? – спохватилась я. – Ведь если снаружи ничего не поменяется, я только и буду, что Гневник свой вести. Каждый день что-нибудь да случается! Я ж не могу телевизор выбросить, сыну музыку запретить, а свекрови рот заткнуть?
- Им – не можешь, а вот себе – за милую душу, — подсказывает Злыдня. – Да и с ними как-нибудь договориться можно. Подумай, ты ж умная!
- Слушай, а разве злость – это хорошо? Хотя бы и здоровая? Злиться – неправильно, неприлично и неестественно,  — засомневалась я.
- Все, что в тебе есть – Богом дано. Вот себя гнобить, гнев внутри копить – точно неприлично и неестественно.
- А «гнобить» и «гнев» — не родственные слова, случаем? – спрашиваю.
- Еще какие родственные, — охотно подтвердила Злыдня. – Почему гнобить-то начинают? Да потому что не принимают что-то в этом мире, отрицают, видеть не хотят! Гнев поднимается – зачем оно существует? И неважно, вовне или внутри себя, главное, что гневаются: как, мол, природа такое уродство допустила? А в природе уродства и вовсе нет, в ней все целесообразно и на пользу человеку придумано!
- Ладно, вроде, дело ты говоришь, попробую, — согласилась я. – Так и так надо что-то делать, а то я скоро кусаться начну, а то и вовсе кого загрызу. Благодарю за советы!
- Всегда пожалуйста, лишь бы только обращалась, — отвечает Злыдня. – А то пока ты меня видеть не желаешь, я  ж ничего полезного до тебя донести не могу, сама понимаешь.
В общем, Злыдня оказалась не такой уж и Злыдней – даже мне понравилось с ней беседовать. Резковатая, зато энергичная и волевая – как раз то, чего мне, белой и пушистой, по жизни не хватает. Проговорили мы с ней в тот вечер долго, я даже о своем чувстве вины как-то забыла. И наметили мы план действий, которые я стала в жизнь воплощать.
Первым делом я приобрела для себя в аптеке «беруши», а в «Электронике» — MP3-плейер. Закачала туда музыку, которая мне нравится, сунула наушник в ухо – хорошо! Апробировала на работе – никакого «жу-жу-жу», сплошной релакс и нирвана!  К меня работоспособность в разы повысилась, и не устала ни капельки. Это потому что не раздражалась, а пребывала в полном душевном равновесии.
А домой я притащила с работы гроссбух, написала маркером крупно «ГНЕВНИК», устроилась на диване, приспособила беруши и стала изливаться. Уж излилась так излилась, все всем сказала, что раньше не решалась! А перед сном сбегала на улицу и за гаражами костерок небольшой развела из скомканных листов.  Штук 10 их получилось, хорошо горели! Даже поплясала вокруг немного!
И так мне все это понравилось, что я осмелела и сделала следующий шаг. Приобрела две пары наушников, самых навороченных, одни сыну, другие – мужу. Вручила им подарочки и объяснила, что шум очень мне жить мешает, так что ни на чем не настаиваю, но прошу по возможности обеспечить дома покой и тишину. Они удивились очень, с чего это я вдруг, но подарки приняли и даже использовать начали.  Дома стало куда тише, никаких «ды-дынц» и «шайбу, шайбу!».
Со свекровью – с той посложнее оказалось. Но у нас с ней отношения простыми никогда не были, так что я и не удивилась. А сделала я в конце концов вот что: подарила ей тоже МР3-плейер, куда закачала в аудио-формате сначала ее любимого Зощенко, чтобы хитро завлечь, а следом Зеланда и Синельникова.  И так свекровь увлеклась этим делом, что ее не видно ее и не слышно стало! А потом начала свекровь с нами знаниями полученными делиться.  И ядовитости у нее поубавилось – просто на удивление! Видать, ее личная Злыдня тоже села на диету, перестала драже раздражения подпитываться. Смотрю я на нее и думаю: «Вот ведь чудеса какие, оказывается. Нам и поговорить есть о чем, и во мнениях мы в целом сходимся!».  Так что ее Злыдня меня больше не гнобит…
А моя-то уж давно обратно превратилась в Здоровую Злость, свернулась калачиком и почивает себе мирно. А как только я почувствую, что она голову приподымает – сразу реагирую, не жду, когда она проснется и расти станет.
А вот записи в «Гневник» я делаю все реже и реже. Просто повода нет!
Так что спасибо моей Злыдне, я снова белая и пушистая и ужасно себе нравлюсь. И в жизни у меня теперь снова все просто замечательно.
А вы со своей Злыдней уже подружились? Если нет – то очень советую! И вам хорошо, и для окружающих безопасно, и все счастливы. А быть счастливым – уж точно прилично и естественно! И самое главное – целесообразно!
Автор: Эльфика

0

336

БЕГЛЕЦ — сказка от Эльфики

http://s4.uploads.ru/c3Cp4.jpg

Отрывок из новой книги «Подарок судьбы» (очень мужская сказка)
  Я – зверь. Я – убегаю. За мной по пятам вот уже который день идет она. Охотница.
Я бегу по лесу, петляя и заметая следы. Я не хочу быть пойманным. А Она не хочет, чтобы я ушел. Это – соревнование, тут уж кто кого. Победит тот, кто окажется быстрее, выносливее и, конечно, хитрее.

Иногда мне удается от нее оторваться, она на какое-то время теряет след, и тогда я отдыхаю и кормлюсь. Но она очень хорошая охотница. Нет, не так. ОЧЕНЬ ХОРОШАЯ ОХОТНИЦА. Да, Охотница с большой буквы. Она не отступится. Если только потеряет след. Или увидит другую, более лакомую добычу. Но я не отвлекаюсь на пустые надежды. Я бегу.

Вскоре я опять чую ее запах и понимаю, что она снова идет по следу. Она пахнет приятно, но это – обманка. Вернее, приманка. Этот запах как поводок, он тянет и влечет. Но я – опытный зверь, я знаю, что бывает с теми, кто покупается. Он идет на запах, вдыхая его, наслаждаясь им, туда, где в засаде сидит какая-нибудь Охотница. Запах дурманит, притупляет нюх, сбивает с толку, заставляет терять голову. Если ты попался – считай, все. Рано или поздно она молниеносным движением накинет на тебя аркан – и тогда все. Ты на поводке. На тебя наденут специальный ошейник, и ты перестанешь быть Зверем. С этого момента ты – домашнее животное. Может быть, даже скотина.
Домашним животным быть плохо. Тебя станут кормить по расписанию, приучать к разным штукам – выполнять команды, знать место, ходить на коротком поводке и даже не мечтать о свободе. Свобода – табу. Тобой станут хвастаться как трофеем перед другими Охотницами. Тебя будут холить и лелеять, чтобы твой экстерьер не попортился – иначе твоя ценность снизится, и Охотнице перестанут завидовать. А \они этого не любят. Они ценят свой труд, ту энергию, которую они вложили в выслеживание, преследование и поимку. Да и экипировка для такой охоты стоит немало, и поддержание должной физической формы тоже. Так что если тебя поймали – они считают, что ты должен «отбить» вложения. Иногда на это уходит вся твоя жизнь. Если, конечно, не удастся сбежать и снова уйти в вольные леса.

Так что лучше не попадаться, и я бегу. Ухожу от погони. Расслабляться нельзя: я знаю, что она не отстанет. Если только ей встретится зверюга получше, а таких мало. Я понимаю, почему она так упорно охотится именно на меня – я породистый зверь, достойный представитель своего вида: я сильный и большой, у меня крепкие ноги, мощный торс и богатая шкура, таким трофеем можно будет гордиться всю жизнь.

Старые самцы рассказывают, что однажды плененный уже никогда не будет прежним. Это – существо второго сорта. В его крови навсегда останется память о тех унижениях и ограничениях, которые ему пришлось пережить, и эта память передастся его потомству. Так что «чистые» самки будут его избегать. Они предпочтут вольного, себе подстать. Того, кто не носил ошейник и не ходил на поводке. Так что я бегу.

Надо быть внимательным. Охотницы серьезно готовятся к погоне. Они в совершенстве владеют знанием леса, умеют читать следы, у них есть множество всяких приспособлений для поимки зверя. Капканы, силки, манки, хитроумные ловушки, вырытые ямы, иногда даже ядовитые стрелы. Нет, нет, насмерть вас не убьет – так, временно парализует. Ровно настолько, чтобы догнать и заарканить. Да, в сленге Охотниц есть такое выражение – «заарканить». «Она его заарканила» — значит, еще один дикий зверь не смог уйти. Попался… Но я не попадусь.

Самое плохое – если ей удастся обойти тебя лесом и встать на пути, перекрыв тропу. Тогда самое главное – не смотреть на нее. Куда угодно, только не на нее. Никто не знает, как они это делают, а только вид Охотницы может полностью лишить Зверя воли. Лес его знает, почему… В мире много того, что не надо понимать, а следует просто знать и учитывать. Это как раз тот случай. Не смотреть – и все. А посмотреть-то тянет… Все непонятное и нездешнее привлекает, тем более – Охотницы. Ведь дикие звери, встречаясь на тропе, всегда смотрят друг другу в глаза. Это – честно. Но только не в случае с Охотницами. Это другой вид, и они играют по своим правилам.

Еще надо уметь отключать слух. Голос Охотницы – это страшно. Нет, не так. Это приятно, но это может стать последним приятным воспоминанием в твоей вольной жизни. Охотницы умеют, используя голос, загипнотизировать и увести за собой куда угодно, и ты вспомнишь о том, кто ты есть, только когда уже будет безнадежно поздно.
Иногда – к счастью, редко! – Охотницам помогают их подруги. В основном, как загонщицы. Это если надо загнать зверя в ловушку или яму. Но коллективно они не охотятся никогда, только поодиночке. Одна Охотница – один Зверь. Это ее добыча, и других она не подпустит. Впрочем, бывает, что одного и того же Зверя одновременно облюбовали несколько Охотниц. Тогда одна надежда – что они обнаружат друг друга и передерутся за добычу. Это – выигранное время, а значит – шанс.

В короткие моменты отдыха я мечтаю о том, как однажды весной услышу призывный запах самки. Я пойду на запах и скоро увижу Ее. У нее будут большие влажные глаза, стройное сильное тело и гордая посадка головы. Она покосится на меня, но никак не выкажет своей заинтересованности. Она, как и я, дитя Леса, и живет по его законам. Она никогда не будет охотиться на самца, потому что рождена свободной. Она будет ждать, пока лучшие самцы не соберутся, чтобы померяться силой и доказать свое право обладать ею. И когда выявится, кто лучший, она благосклонно посмотрит на него, и станет понятно – она выбрала. И неважно, что с точки зрения других ее выбор может быть сомнителен, его все равно никто не оспорит – самке виднее, кто может сталь лучшим отцом для ее потомства. У нее инстинкт.

Я знаю, что это однажды случится и со мной. И после меня в Лесу останутся мои отпрыски – красивые зверята с золотистыми искорками в глазах, и в их генетической памяти не будет ничего записано об арканах, ошейниках, командах и неволе. Никогда. Ни за что!

Эта мысль придает мне силы, и я мчусь напролом сквозь непроходимую чащу, через овраги и буреломы, переплываю речки и взлетаю на косогоры.
Ты не догонишь меня, Охотница. Тебе не сделать меня своей добычей, своим выставочным трофеем. Я убегаю. И да поможет мне Лес!
Автор: Эльфика

0

337

ПОДАРОЧЕК
Глава из новой книги «Подарок Судьбы»
(рукопись близится к завершению)
         
http://sh.uploads.ru/YH7xB.jpg

Накануне рождества, пребывая в самом мрачном расположении духа, я возвращалась из магазина с покупками, на ходу пытаясь нащупать в кармане шубки ключи от дома. Вместе с ключами на коричневую плитку лестничной клетки выпало еще что-то. Я наклонилась и подняла, и тут же мне захотелось завыть на весь подъезд. Хотя это был всего лишь брелок – маленький чертик на колечке с замочком. Новогодний подарок, кстати. Если это можно подарком назвать…
- Да что же это такое! – горестно простонала я, решительно направляясь к мусоропроводу. – Выбросить и забыть!
- Нет, нет, нет! Не выбрасывай меня, я тебе пригожусь! – запищало у меня в руке.
- Ой! – вскрикнула я, роняя брелок вторично. – Черт, он еще и с музыкой!
- Не ругайся, — обиженно пропищал брелок. – Нас нельзя поминать всуе.
- Кого это тут нельзя поминать всуе? – пробормотала я, ставя сумку на пол, чтобы открыть мусоропровод.
- Выбросишь – пожалеешь, — пообещал голос. – Мало того что Новый год весь проревела, так еще и Рождество провоешь. Вот так некоторые и отказываются от главных подарков в своей жизни.
Я приостановилась. Новый год я и впрямь проревела. Только об этом никто, кроме меня, не знал. Так откуда же…
- Так я-то рядом был! В кармане шубы! Все слышал и даже частично видел!
- Кто это «ты»? – подозрительно спросила я, уставившись на брелок.
- Да посмотри же ты внимательно! – взмолился голос. – Я, я это говорю!
Тут я и впрямь разглядела, что чертик отчаянно подает мне знаки: машет ручонками, надувает и без того пухлые щечки и изо всех сил выпучивает глаза. Выглядел он так комично, что я невольно усмехнулась. Забавная игрушка…
- Я не просто игрушка, я инструмент! – обиженно сообщил чертик. – Меня использовать можно, между прочим!
- Ладно, — решила я. – Надо пойти домой и разобраться с этим пучеглазиком.
- Про «пучеглазика» я не услышал, — проинформировал чертик. – А домой – я «за». А то сразу «выбросить», «забыть»… Сумку не забудь, родная!
Я подхватила сумку и двинулась к родной квартире.
- Итак, приступим, — деловито предложила эта интерактивная фигурка, едва за нами захлопнулась дверь.
- Да погоди ты, дай хоть раздеться! – с досадой сказала я, не особо уже удивляясь тому, что выбрала такого странного собеседника. Впрочем, за неимением лучшего…
- Да лучшего для тебя и придумать невозможно, — сказал чертик. – По крайней мере, сейчас, когда все рухнуло…
- Откуда ты знаешь, что все рухнуло? – немедленно обозлилась я, кидая брелок на кухонный стол и начиная методично выгружать из сумки продукты.
- Так я же и есть тот подарок, который разбил тебе сердце!
Вот кто бы спорил… Что да, то да! А как бы чувствовало себя ваше сердце, если бы любимый мужчина (почти муж!) преподнес вам на Новый год дурацкий копеечный брелок для ключей, хоть бы и говорящий…
- Никакой и не «почти муж», все ты придумала, — тут же высказал свое мнение брелок. – «Почти мужей» не бывает. Да он и женихом-то тебе не был – предложения же не прозвучало?
- Я надеялась, что в новогоднюю ночь прозвучит, — созналась я. – Не случилось…
- И хорошо, что не случилось! – порадовался Пучеглазик. – Тем более что и ты теперь по-другому на все это смотришь…
- С некоторых пор – да, — мрачно подтвердила я. – Прозрение мне было. Так по-свински испортить мне праздник, которого я так ждала!!!
- Испортить? – удивился чертенок. – Да мы тебе жизнь спасли!
- Кто это «вы»?
- Твой бой-френд и его подарок. То есть я.
- Ну, знаешь! – возмутилась я.
…Нет, вы подумайте: ваш любимый мужчина за день до Нового года забегает к вам прямо на работу и радостно сообщает, что неожиданно уезжает на все праздники с друзьями в Домбай, на горных лыжах кататься, и вас, заметьте, с собой не зовет. А вместо ожидаемого новогоднего чуда в подарок на ходу сует вам дешевый брелок для ключей, поцелуй в щечку – и «до встречи, родная, счастливого Нового года!». А вы даже ответить адекватно не можете, потому что кругом коллеги, и вы еще ничего не сумели сообразить, и слезы подступают к горлу, и вообще… И вот это считать подарком?
- А представь себе, что он не уехал ни в какой Домбай. Вы встретили Новый год, он сделал тебе предложение, и подарил, скажем, кольцо с изумрудом, и ты согласилась…
- Ну, и..?
- Ну и мучилась бы всю жизнь! – напророчил мой собеседник. – Ведь если вспомнить все его привычки, то ты была у него далеко не на первом месте, согласись?
- Да уж, — не могла не признать я. – Это я как-то очень здорово осознала. Во втором десятке, между шахматами и баней… А в пятерке лидеров – работа, мама, собака, машина, спортзал. Правда, по телефону он мне 20 раз на дню звонит, контролирует, где я и что я. Но в остальном… Все-таки он своей жизнью живет. Я, можно сказать, по остаточному принципу.
- Вот-вот. Но тем не менее, он подарил тебе самый дорогой подарок, то есть меня! И уже за это стоит его поблагодарить.
- Вот уж спасибо так спасибо! – со всей возможной язвительностью сказала я, для убедительности взмахнув батоном колбасы. – Ничего дороже мне в жизни не дарили.
- Согласен, — подтвержил чертенок, не оценив моего сарказма. – Итак, поблагодарили, движемся дальше. Я тебе хочу сказать, что на каждое событие можно посмотреть с разных сторон. Если расценивать с точки зрения критики – конечно, все будет не очень хорошо, и даже совсем плохо! А вот если подойти с точки зрения подарочков…
- Это как? – уточнила я. – Тебе, можно сказать, пыльным мешком по голове, а ты – «ах, спасибочки, очень приятно»??? Ты мне это, что ли, назло говоришь?
- Именно так, — невозмутимо подтвердил Пучеглазик. – И тебе советую поступать так же. Что бы ни случилось – а для тебя это хорошо. Всем чертям назло!
- Ну-ка, ну-ка, — вдруг заинтересовалась я. – Разверни-ка мне эту концепцию! Вот черти – это разве хорошо? Ведь люди, говорят, по сути своей ангелы, и стремиться должны к Свету. А вы – нечистая сила, от вас надо подальше держаться.
- Ага, как же! – мигом развеселился чертенок. – Да вы без нас шагу ступить не можете! У вас тут как про зажигательную девушку говорят: «у нее чертенята в глазах пляшут», «черт, а не ребенок», «чертовски привлекательна». Скажешь, нет?
- Да, — признала я. – Говорят, причем с большим одобрением! А еще говорят «сам черт ему не брат» — это про отчаянных (кстати, по-моему, надо бы частицу «не» убрать!), «чем черт не шутит» — это когда тебя уговаривают что-то новое попробовать, и «не так страшен черт, как его малюют» — когда боишься, а делать надо.  Ну, еще и про неприятности всякие: «черт меня дернул», «черт под руку толкнул», «послать ко всем чертям»…
- Вот я и говорю – хоть вы и Ангелы, а без черта никак не обходитесь. Кино, спектакли, книги!
- Ну да, и Пушкин про черта написал, «Сказка о попе и работнике его Балде»! – всплыло в памяти из моих детских книжек.
- А Гоголь, Гоголь! – мечтательно закатил глазки чертенок. – «Ночь накануне Рождества» — это ж просто волшебная песня. Как они там, с Вакулой-то, к царице за черевичками, а?
- Ну да, весело, — вспомнила гоголевский сюжет и я. – Только там Вакула, по-моему, вашего брата оседлал и как раз на нем и ездил?
- Хе-хе! А как же? Тут или ты черта оседлаешь, или он тебя, вариантов нет!
- Да ну? – весело изумилась я. – И что, на тебе тоже можно ездить?
- К вашим услугам, — скромно поклонился чертенок. – Во всяком случае, помочь тебе разобраться в твоих трудностях я готов. И научить тебя все рассматривать, как подарочки – тоже.
- Тогда давай! – вошла в азарт я. – Вот скажи мне, у меня 10 килограммов лишку по бокам  – это подарочек?
- Обязательно! Греет, защищает, накормит в голодные времена! Если сядешь на диету, например…
- А если бы 10 кг недоставало, кожа да кости – это как?
- Хорошо! Легкость, гибкость, воздушность, сплошной подарок!
- А то, что живу в однокомнатной, и мне тут просто тесно  – подарочек?
- А как же! Уборки меньше, и все пространство компактно уложено и насквозь просматривается.
- А если я в трехкомнатную перееду – тогда что?
- Простор для мысли, новизна впечатлений, новые повороты жизни и судьбы.
- Ох, и юлишь ты, черт! – погрозила ему пальцем я. – Ладно, давай дальше! Вот, предположим, я на милого обиделась, причем по делу. Это разве подарок?
- Ну а как же? – удивился чертик. – Повод задуматься, а хочешь ли ты связать жизнь именно с этим человеком. Заодно, к тому же, и обиды утилизировать поучишься.
- А если бы не обиделась, а молча все это проглотила?
- Тоже подарок!  Считала бы себя такой ангельски-всепрощающей, благородной, кроткой, упивалась бы собственной добротой и жертвенностью. Это тоже приятное занятие!
- Слушай, ты меня как-то путаешь, — нахмурилась я. – У тебя получается, что все, что бы ни случилось, хорошо.
- А тебе больше нравится, когда все плохо? – поинтересовался Пучеглазик.
- Да нет, но есть же однозначно плохие вещи!
- Нету таких, — замотал головой чертенок.
- А болезни?
- Можно на работу не ходить, лежать в постели и предаваться томной неге.
- А если с температурой?
- Радоваться, что организм активно борется, изнутри все прогревает! Чай с малиной пить, малина – ненормировано!
- Хммм… Сомнительно, конечно, ну да ладно. Зарплату который год не повышают – это уж точно не подарок!
- А вот и подарок! Явный намек, что пора поискать новую работу. Если что-то не устраивает – значит, готова к чему-то другому!
- И смерть – подарок? Тут уж ты мне мозги не запудришь! Смерть – это всегда плохо!
- Для тех, кто остается – да. Страдают, переживают. А для тех, кто ушел – еще неизвестно. Ты ж не знаешь, как им там? Тем более что никому на Земле еще не удавалось миновать двух моментов – рождения и смерти. И то, и то следует расценивать как подарок!
- Ах, как ты вывернул! – подивилась я. – И ведь непонятно, что и возразить-то…Вот ведь черт!
- Спасибо за комплимент, — довольно ухмыльнулся мой мелкий собеседник. – Стараюсь изо всех сил. Гляжу, настроение у тебя повысилось. Здоровый блеск в глазах появился!
- Правда, повысилось, — с удивлением осознала я. – Так интересно же с тобой спорить!
- А ты, ангел мой дорогой, не бойся спорить, — посоветовал он. – С судьбой, с обстоятельствами, с ситуациями. Они с тобой случаются – а ты найди в них полезное зерно, прими подарочек и сделай по-другому – так, как тебе надо.
- А нельзя сразу как мне надо? Без поисков?
- Нельзя, — возразил Пучеглазик. – Подарок, он на то и дарится, чтобы пользу принести. Ты ж не хочешь, чтобы тебе раз за разом сердце разбивали?
- Не хочу, — подтвердила я. – Мне мое сердце дорого.
- Так и не терзай его тяжкими переживаниями!  Тебе жизнь в подарок дали, а ты о всяких мелочах думаешь!
- Ты это о себе, что ли? – поддела его я. – Умничаешь тут, мелочь пучеглазая…
- Велика фигура, да дура; мал золотник, да дорог, — немедленно отбрил мой наезд литературно подкованный чертик.
- Без намеков, пожалуйста, — приказала я. – Так ты хочешь сказать, что мои одинокие новогодние каникулы – это тоже подарочек?
- А ты как считаешь?
Я ответила не сразу – думала. Еще утром я считала, что это просто невыносимо, и все праздники – псу под хвост. А теперь мне очень хотелось выписать на листок бумаги все негативные события, которые со мной когда-либо случались и даже через долгое время продолжали отравлять мне жизнь, и найти в каждом из них что-то полезное. Подарочек, так сказать! Мероприятие это, безусловно,  требовало тишины, сосредоточенности и вдумчивости, и с этой точки зрения все складывалось как нельзя лучше.
- А я что говорил? – немедленно прокомментировал Пучеглазик. – Да ты порадуйся, что твой в Домбай укатил! А то бы сейчас то на телефон отвечала, то кормила его, то неслась куда-нибудь. А тут – столько времени для себя, любимой!
- Правда твоя, — не могла не признать я. – Слушай, а ты такой разговорчивый в честь праздничка или всегда?
- Я – твое «второе я», — доверительно сообщил Пучеглазик. – Со мной всегда разговаривать можно, и необязательно даже вслух.
- Мое «второе я» – чертенок? – не поверила я. – Но почему?
- Слушай, ну ты же умная женщина, должна понимать, — с укоризной ответил он. – Это – просто символ, чтобы не с пустотой разговаривать! На этом колечке мог болтаться кто угодно. Дракончик, ромашка, собачка, финтифлюшка какая-нибудь. А если болтаюсь я – так это значит, что именно такого подарочка тебе и не хватало!  Я тебе добавлю огонька, энергии, драйва, перчика!
- Ну, спасибо, — сказала я – на этот раз вполне искренне. – Так значит, будем дружить?
- Будем. Мне, конечно, не очень нравится, что ты меня Пучеглазиком окрестила, но я, в принципе, уже привык.
- Отлично! – я мигом притащила ключи, сняла старый брелок – белого пластмассового котенка – и мигом прицепила Пучеглазика. – Вот видишь, я тебя признала, теперь мы с тобой неразрывно связаны и всегда будем вместе. По крайней мере, до конца этого года — точно.
- До конца года мы с тобой еще столько чудес натворим! – с воодушевлением пообещал мне Пучеглазик. – Это я тебе твердо обещаю.
- Но учти, я – не подарок, — честно предупредила его я. – У меня перепады настроения, депрессии, тяжкие сны,  хвосты из прошлого, и все такое.
- Ничего, скоро ты забудешь об этой ерунде, — ничуть не испугался он. – И станешь ты, солнце, таким подарком, что каждый захочет тебя заполучить!!! Главное – не души своих порывов, делай то, что хочется.
- Ох ты ж! – восхитилась я. – Тогда за работу! Мне очень хочется отыскать подарки в том, что со мной происходило «до». А уж потом…
Я достала чистую тетрадку и ручку, расчертила лист повдоль и крупно написала слева – СОБЫТИЯ, а справа – ПОДАРОЧКИ.
- Счастливого Рождества! – пожелала я себе, Пучеглазику, домбайским горнолыжникам и вообще всем на свете. Такое уж у меня было лучезарное расположение духа!
Автор: Эльфика

+1

338

КАТЕРИНА И ЕЕ КАНДИДАТСКАЯ — сказка от Эльфики

http://sh.uploads.ru/5civA.jpg

           Вот и наступил он, первый день нового года, начало рождественской недели, когда небеса раскрываются навстречу людям, и на земле творятся самые невероятные чудеса.
Вечером в одной из обычных городских квартир девушка Катерина, устроившись на диване перед телевизором, с тихой грустью рассматривала большой цветной конверт «Почта Деда Мороза», куда в прошлом году сложила все свои мечты и желания, продуманные и записанные по всем правилам. Настроение ее было совсем не праздничным. По всему выходило, что Дед Мороз ее обошел, и ничего не сбылось. Ни-че-го!!!
Новый год она встретила одна. То есть не одна, конечно, а в компании друзей, но… Ей хотелось бы совсем, совсем по-другому, и именно об этом она просила Деда Мороза в прошлом году. Но вот год кончился, наступил новый, а подарка как не было, так и нет.
- И ведь не сказать, что я плохо себя вела! – с недоумением сообщила Катерина новогодней елке, которую к празднику так тщательно, с любовью нарядила. – Старалась изо всех сил! И заказы посылала по правилам, как в умных книжках написано. В настоящем времени, от первого лица… Тогда почему же все так несправедливо? Где они, подарки? Неужели я не заслужила???
- Заслужила… Не заслужила… — раздался ворчливый голосок из-под елки. – Что ты все торгуешься, как на базаре?
- Ой! – вскрикнула Катерина, роняя конверт. – Что такое?
- Да не кричи ты, ничего страшного, я это, я, твой ангел!
Только тут Катерина заметила, что ангелочек, которого она поставила под елку рядом с Дедом Морозом и Снегурочкой, каким-то образом вспорхнул и теперь сидит на нижней ветке, меланхолично болтая ногами.
- Обычное новогоднее волшебство, — объяснил он, поправляя крылья. – Можем поговорить.
- А вы… вы – живой? – испуганно пробормотала Катерина, тараща глаза на ангела.
- Живее всех живых. Только в обычное время не свечусь почем зря. А сейчас – можно. Рождественская неделя!
- Скажите… А я, случаем, не рехнулась?
- Нет, вы только посмотрите на нее, — возмущенно всплеснул маленькими ручками Ангел. – Когда у нее все плохо, и чудес не происходит – сомнений в здравости рассудка не возникает. А когда случилось такое ма-а-а-ленькое чудо – это да, повод для вызова психушки. И что это значит?
- А что это значит? – растерялась Катерина.
- Значит, так и запишем: НЕТ ИСТИННОЙ ВЕРЫ В ЧУДЕСА. Так, робкая надежда… «А вдруг?». Выходит, обыденность тебе куда привычнее и милее.
- Ну так конечно, я же и живу в обычном мире, — стала оправдываться Катерина. – Тут все по накатанной происходит, как положено. Вот и привыкаешь…
- Кем «положено»? Кто это, интересно, так положил? – тут же спросил Ангел. – И кто тебе — лично тебе! – мешает жить в Мире Чудес?
- Это был один из моих заказов Деду Морозу, — схватилась за конверт  Катерина. – Вот, просьба №1 – послать в мою жизнь Чудеса.
- Да посылали, — с досадой дернул крылышком Ангел. – Только ты их за Чудеса не сочла. Не разглядела и не приняла.
- Почему???
- Потому что ты смотришь только вперед, куда накатанная дорожка ведет. А все интересности, между прочим, происходят за пределами  дорожки, за обочиной. Обочина и есть граница обыденности, если хочешь знать! В общем, пишу: ПРЕДПОЧИТАЕТ ХОДИТЬ ПРОТОРЕННЫМИ ДОРОГАМИ.
- Погодите, что это вы там пишете? – обеспокоилась Катерина.
- Отчет, — охотно пояснил Ангел. – Ты же просьбы Деду Морозу писала? Так я теперь тоже должен отчитаться в Небесной Канцелярии, почему ты подарками недовольна.
- Подарками? Да какие там подарки? – ахнула Катерина. – Если бы хоть что-то сбылось! А так – ну ничего ведь не было!!!
- Да ну? – не поверил Ангел. – А давай-ка по твоим пунктам пробежимся!
- Давайте, — воинственно сказала Катерина, вытряхивая из конверта разноцветные бумажки. – Вот, пункт №2. «Я получаю повышение по службе и занимаю должность старшего менеджера». Не сбылось!
- Формулировка неправильная, — отозвался Ангел. – Если бы ты написала «Я – старший менеджер», тогда – да. А так – ну сама вслушайся! «Я получаю…» Ну вот ты и получаешь… получаешь… получаешь… И еще долго можешь получать.
- Ах, вон оно что? – озадачилась Катерина. – Стало быть, неправильно записано, и в этом все дело?
- Не только, — покачал головой Ангел. – Скажи, кто занял это место?
- Лепехина.
- И что, как ей там?
- По-моему, не очень, — подумав, ответила Катерина. – Она теперь должна первой приходить, последней уходить, за все отвечает, а под Новый год, когда отчеты – так и по выходным на работу выходила. Аж осунулась вся, и муж бунтует.
- Так это, между прочим, и был подарок – сохранили тебя от переутомления и эмоционального выгорания. Лепехина-то покрепче тебя будет, и то… А ты ей все-таки завидуешь? – поинтересовался Ангел.
- Пожалуй, нет. Но… это же такая весомая прибавка к зарплате!
- Ах, так тебе денег надо было? Ну и просила бы увеличения доходов! А то «менеджер, менеджер»…
- А как они увеличатся, если я на старом месте? – не поняла Катерина.
- Да какая тебе разница, как??? Ты ж подарок просишь! П-О-Д-А-Р-О-К! А как мы его оформим, то наша забота, не твоя. Записываю: НЕ ДОВЕРЯЕТ ВЫСШИМ СИЛАМ!
- Ой, ну погодите! – жалобно попросила Катерина. – Ну что вы сразу ябедничать?
- Я не чтобы наябедничать, а чтобы работу над ошибками сделать, — укоризненно сказал Ангел. – В Деде Морозе ты разочаровалась и подарков в этом году просить не стала, но впереди рождественская неделя, и еще не поздно исправить это.. Так вот чтобы на этот раз – как следует.
- А, ну тогда ладно, — успокоилась Катерина. – Насчет доходов я поняла. Теперь дальше…
- Еще не все! – остановил ее Ангел. – А зачем тебе повышенные доходы?
- Ну как??? – озадачилась Катерина. – Для повышения уровня жизни, разумеется.
- А что ты хочешь повысить в своей жизни?
- Я? – глубоко задумалась Катерина. – Да мало ли что! Ну, одеться там, съездить куда-нибудь… Не думала я как-то над этим. Лишних денег-то все равно пока нет!
- А лишних денег и не бывает, — проинформировал Ангел. – Вселенная отпускает ровно столько, сколько нужно для удовлетворения твоих потребностей. А у тебя они более чем скромные! Вот и бюджет выделен соответственный.
- И что же делать? – в который уже раз растерялась Катерина.
- Как «что»? По крайней мере, решить, на что ты хочешь пустить эти «лишние» доходы! И неплохо бы посчитать, сколько денег потребуется для воплощения твоих задумок.
- А если очень много? – усомнилась Катерина.
- Для Вселенной «много» — не категория, — авторитетно заявил Ангел.  – Запишу-ка я: НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ СЕБЕ ИЗОБИЛИЕ ВСЕЛЕННОЙ. В ней, между прочим, всем всего хватает, чтоб ты знала.
- Хорошо, буду знать, — пообещала Катерина. – А вот еще… Я писала Деду Морозу свою самую заветную мечту. Как я встречаю самого лучшего мужчину в мире!
- Ну, уж это желание выполнено, причем неоднократно, — деловито сообщил Ангел.  – В чем проблема?
- Как??? – опешила Катерина. – Как выполнено? Проверьте, это какая-то ошибка!
- Никакой ошибки. Мужчины были. 365 раз, каждый день по одному лучшему мужчине.
- А…а…а…где же они? – наконец смогла выговорить абсолютно сбитая с толку  Катерина.
- Кто где, — пожал плечиками Ангел. – Ты же ни на ком из них не остановилась, не познакомилась, отношений не завела.
- Да я их вообще не видела! – чуть не плача, завопила Катерина. – Ангел, миленький, где они прятались?
- Да нигде они не прятались. Ехали с тобой в автобусе. Обедали в кафе. В магазине рядом продукты выбирали.
- Но откуда же я знала, что они – самые лучшие??? И что, все, что ли? Разве так бывает?
- Каждый мужчина – лучший в мире. По определенным параметрам. А ты не уточняла, какой для тебя будет самым лучшим. Ну вот, мы тебе на выбор и посылали. Стоит записать: МУЖЧИН В УПОР НЕ ВИДИТ И НЕ ЗАМЕЧАЕТ. Потому и одна до сих пор…
- Но пялиться на человека в упор – это невежливо!
- Зато очень вежливо посмотреть открытым взглядом, улыбнуться, перекинуться парой фраз, обменяться телефонами, наконец… А как, по-вашему, еще можно познакомиться???
- Ох, ну как же это я! 365 мужчин – и я ни одного толком и не разглядела! Ну я и дура слепая!
- Это был заказ? – невинно поинтересовался Ангел. — «Дура слепая» — к исполнению?
- Нет! Нет! – испугалась Катерина. – Это я так, просто по привычке…
- Так и запишем: ИМЕЕТ ДУРНУЮ ПРИВЫЧКУ СЕБЯ РУГАТЬ.
- Да что вы все пишете и пишете! Это не работа над ошибками получится, а целая кандидатская диссертация!
- Зато когда защититесь – это же другой статус, другой уровень жизни!
- Да, я вспомнила: у меня там было еще и желание неземной любви! Вот ее-то точно не случилось!
- Вот она-то как раз точно случилась, — возразил Ангел. – Неземная любовь – это по нашей части. Знаешь, как мы тебя весь этот год любили? Сколько раз удержали от опрометчивых поступков? Сколько раз оградили от нежелательных воздействий? Сколько раз подстраховали в критических ситуациях? То, что с тобой за весь год ничего плохого не случилось – наша работа. Да и то, что я здесь на ветке сижу и план кандидатской разрабатываю – разве не говорит о том, что Небеса тебя любят?
- Ну-у-у-у… Если честно, то я весь год в этом сильно сомневалась, — призналась Катерина. – Иногда даже сердилась.
- Выходит, я должен записать: НЕ УМЕЕТ БЫТЬ БЛАГОДАРНОЙ.
- Не пишите! Не пишите! – всполошилась Катерина. – Я же не нарочно, я просто не знала!
- Тем более надо записать, чтобы не забывала, — строго сказал Ангел. – Впереди рождественская неделя, самое волшебное время в году. Любые чудеса возможны в это время. Сейчас ложись спать, а утром найдешь под елкой свой главный подарок. Пока, и счастья тебе в новом году!
- Но я не хочу спать… — начала Катерина, и тут же почувствовала, что очень, очень хочет – буквально веки слипаются.
… Катерина проснулась и не сразу открыла глаза. Там еще оставались волшебные сны, которые она видела ночью – новогодние огни городов с высоты птичьего полета, заснеженные лесные елки, пляшущие зайцы, окно, распахнутое на ночном небосклоне, а в нем ангел, считающий что-то на древних бухгалтерских счетах… Ангел?
Катерина ойкнула, резко открыла глаза и приняла сидячее положение.
- Я же во сне с Ангелом разговаривала! – вспомнила она. – И так ясно, как будто на самом деле!
Она спрыгнула с дивана, где вчера так неожиданно уснула, и подбежала к елке. Ангелочек смирно стоял там, где ему и положено быть, искусная китайская поделка из кристаллического пластика. А рядом с ним… Рядом с ним тот самый конверт «Почта Деда Мороза», который так не оправдал надежд Катерины в прошедшем году.
- Дело прошлое, надо выбросить! – решила Катерина, взяла конверт в руки, и… Оттуда выскользнул листочек мелованной бумаги, на котором затейливой вязью были выведены строки.
- Что это? – изумилась Катерина, поднимая лист.
Она прочитала заголовок: КАНДИДАТСКАЯ ДИССЕРТАЦИЯ. А ниже было написано: Соискатель – КАТЕРИНА. Научный руководитель – Ангел-Хранитель. Ниже лист был расчерчен на две колонки, и в левой были скрупулезно перечислены все ошибки Катерины,
ПРЕДПОЧИТАЕТ ХОДИТЬ ПРОТОРЕННЫМИ ДОРОГАМИ
НЕ ДОВЕРЯЕТ ВЫСШИМ СИЛАМ
НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ СЕБЕ ИЗОБИЛИЕ ВСЕЛЕННОЙ
МУЖЧИН В УПОР НЕ ВИДИТ И НЕ ЗАМЕЧАЕТ
ИМЕЕТ ДУРНУЮ ПРИВЫЧКУ СЕБЯ РУГАТЬ
НЕ УМЕЕТ БЫТЬ БЛАГОДАРНОЙ
- Записал все-таки! – ахнула Катерина. – Ну, Ангел!
Но была и правая часть листа. Она была девственно чистая, и только на верхней строчке был заголовок: ГЛАВЫ ДИССЕРТАЦИИ. А дальше тоже шли цифры.
- Ага! Я догадалась! – сообразила Катерина. – Я должна поставить опыты и попробовать делать все с точностью «до наоборот»! А потом получить результаты и описать, как они получились! Вот это да! Ну и год мне предстоит, интересно-то как!!!
Катерина опустилась на колени перед елкой и нежно прикоснулась к маленькому ангелочку, смирно стоявшему под елкой.
- Я не знаю, приснился ты мне или по-настоящему сидел вчера вечером вот на этой ветке! Но мне это неважно – я хочу верить в чудеса! Хочу и буду! Я сделаю работу над ошибками и напишу кандидатскую диссертацию. И стану кандидатом Волшебных Наук! И у меня впереди целая рождественская неделя, чтобы поблагодарить мир за этот чудесный подарок. Счастливого Рождества!
И ей показалось, что пластиковый ангел на миг стал живым, улыбнулся и помахал ей легким крылышком.
- Благодарю, — шепнула Катерина, прижимая к себе свое будущее Счастье.
Автор: Эльфика

+1

339

ОСТРОВ ЛЮБВИ — сказка от Эльфики

http://se.uploads.ru/3yrgx.jpg

Она с детства бредила островами. Любимый мультик – «Чунго-Чанго». Любимый кинофильм – «Таинственный остров». Любимый школьный предмет – география, потому что там учат и про острова тоже. Любимый вид спорта – плавание, потому как остров, как известно, есть часть суши, окруженная водой. Любимое развлечение – отдых с родителями на песчаном островке посередине реки, где располагался городской пляж.  Более далекие острова семье были недоступны – родители ее были людьми небогатыми, но ее это сильно не расстраивало. Она любила острова просто так, ни за что и без надежды на взаимность.

Она выросла – а любовь не прошла. Любимый фильм – «Остров». Любимая передача – «Последний герой». Любимый мультик – «Мадагаскар». Любимая песня – «Острова любви». Мечта – хотя бы раз в жизни съездить на острова.
- Ну чего ты забыла на этих самых островах? – недоуменно спрашивала мама. – Ведь взрослая уже, пора бы угомониться.
- Не могу! – разводила руками дочь. – Они мне снятся.
- Ты, дочка, сама посуди: мы живем в России, на Евразийском континенте, — внушал отец. – На Сахалине погода плохая, инфраструктуры никакой и землетрясения опять же. Ну не на Сахалин же?
- Не знаю. Может, и на Сахалин, — беспечно отмахивалась дочь.
- Но ты же не сможешь бросить нас? – беспомощно спрашивала мама, и дочери становилось ее жаль.
- Нет, конечно же, нет, — обещала она. – Я вас никогда не брошу. Только съезжу, посмотрю – и сразу назад.
Но острова продолжали ей сниться, будоражили ее воображение, притягивали к себе.

В их небольшом провинциальном городе, который журналисты называют обычно «глубинка», высшее образование можно было получить или в педагогическом, или в медицинском. Она выбрала педагогический – решила стать учителем географии. Ей казалось, это еще больше укрепит ее связь с неведомыми островами. Училась она хорошо, а на досуге зубрила обязательный английский и факультативный испанский, затем подумала и добавила французский – ведь на островах чаще всего говорили на одном из этих языков, или же, по крайней мере, их понимали.

Родители переживали: другие девчонки влюблялись, расставались, развлекались, перекрашивали волосы и рожали детей. Их дочь, как ботаник-заучка, корпела над учебниками, перелистывала атласы и не расставалась с плейером, откуда звучали тексты на не наших языках. Родители переглядывались и не знали – то ли радоваться, то ли тревожиться.
Ее упорное стремление двигаться вперед не осталось не замеченным.  После 3 курса она, как победитель конкурса студенческих работ, получила возможность целый семестр проучиться по программе обмена студентами в Японии, на острове Кюсю. Она впервые побывала на самых настоящих островах – и они ее не разочаровали. Она еще больше полюбила острова, но что-то ей подсказывало, что это только прелюдия, и ее Остров Любви все еще ждет ее.

Теперь она знала об островах гораздо больше. Но так и не смогла понять, почему они так притягательны для нее. Наверное, это и есть настоящая любовь – когда не понимаешь, почему, не знаешь, за что, не думаешь, зачем  – просто испытываешь несказанную, необъяснимую  нежность к объекту своей любви.
А потом она закончила учебу и стала работать в школе. Зарплата учителя географии не располагает к путешествиям по миру, но она подрабатывала переводами – благо за время учебы поднаторела в иностранных языках. И копила деньги, потому что в мире было еще столько островов, на которых ей хотелось побывать, чтобы найти тот, единственный!!!

Между тем родители все чаще заводили разговор о внуках, и Мишка из соседнего подъезда из друга детства вдруг как-то незаметно переквалифицировался в  верного кавалера и почти жениха. Она тоже понимала, что годы идут, родители стареют, а острова, какими бы притягательными они не были, вряд ли годятся в спутники жизни для молоденьких провинциальных учительниц. И наверное, так все и закончилось бы – любовь к островам превратилась бы в чудесные воспоминания, фотографии в альбоме и компьютере и щемящее чувство ностальгии по самому лучшему, что было у нее в жизни. Так и произошло бы – если бы не Остров.
Она еще ничего не решила. И не сказала Мишке окончательное «да». Мишка был хороший, но очень «земной», и пределом его мечтаний являлся свой дом с садиком, в котором бегает куча детишек. А ее страсть к островам он считал блажью, которая пройдет вместе с детством. Но она не этого не хотела.  Она хотела найти свой Остров.

Окончился очередной учебный год. Свой отпуск – возможно, последний отпуск свободной незамужней женщины – она решила провести на волшебном средиземноморском острове. На бело-голубом острове –  там, где стихи рвутся из души сами, где дома похожи на застывшую музыку, а на узких улочках все еще бродят тени древних богов.  Там и произошло чудо, изменившее всю ее жизнь.
Когда ее нога впервые ступила на остров, она почувствовала легкое потрясение, вибрации, пронзившие все ее тело. И Остров почувствовал тоже самое. Так бывает, когда встречаются двое людей – между ними пробегает незримая искра и возникает прочная связь.
Они словно узнали друг друга – она и Остров. «Она божественна», — ощутил остров. «Мне кажется, что я здесь уже жила, и эта жизнь была долгой и прекрасной», — подумала она. До этого она была влюблена в острова. Теперь Остров влюбился в нее. Она всегда чувствовала свою связь с островами, но до этого было только предчувствие. Теперь же началась их история…

Она бродила по острову, гладила рукою шершавый от времени камень стен и впитывала в себя его древнюю красоту. Он отвечал ей тем же.
Кто сказал, что у островов нет души? Если вы хоть раз бывали на островах, вы понимаете, о чем это я. Остров любовался ею, восхищался ею и заботился о ней, как самый внимательный любовник. Он следил за тем, чтобы погода была восхитительной, а дорога – безукоризненной; он ласкал ее тело пеной волн и обнимал легким теплым ветерком, он следил, чтобы песок не был слишком горячим, а крики чаек – слишком громкими. Остров нашептывал ей, в каком кафе самая вкусная рыба, и в каком магазинчике самые дивные коралловые украшения, и она слышала этот тихий шепот. Это было волшебство – то, которое всегда возникает там, где есть любовь. Но календарь неумолимо отсчитывал дни, и рано или поздно сказка должна была кончиться.

Однажды вечером, на закате, она вышла из моря, на ходу отжимая длинные волосы, и Остров в который раз замер в немом восхищении. Ему казалось, что вернулись старые времена, когда из волн вот так вот запросто выходила прекрасная Афродита, затмевая собой и луну, и звезды. Глядя на закат, она негромко сказала, обращаясь к Острову:
- Это самое лучшее, что было у меня в жизни. Теперь я точно знаю, что такое счастье. И у меня еще есть несколько дней этого счастья – до отъезда. Спасибо тебе, Остров! Я тебя люблю.

И Остров вдруг ощутил прилив грусти. Ведь она, его Богиня, его возлюбленная, действительно должна была его покинуть. Возможно, надолго. Возможно, навсегда. Эта мысль показалась Острову непереносимой. Он так расстроился, что ночью разразилась страшная гроза. По небу метались синие молнии, гром рвал на части полотно мироздания, хлестал ливень – казалось, что кто-то огромный и сильный мечется во гневе и отчаянии, смывая слезами все, что мешает изливаться горю.
А наутро все успокоилось. Остров придумал, как задержать ее у себя. По крайней мере, он готов был попытаться. Ради своей Богини он был готов на все – и свой план начал осуществлять немедленно. Остров повидал за свою долгую жизнь немало, и он знал, что если что-то и может изменить линии судьбы – то это Любовь. У него было мало времени, но все-таки оно было. Он решил стать для нее Островом Любви. Богине нужен был Бог – и Остров уже знал, что он будет делать.

… Она вышла на пляж. Было раннее утро, и пляж еще не успел заполниться людьми. Она опустилась на золотой песок и пропустила его между пальцами.
- Я люблю тебя, мой волшебный Остров, — с нежной улыбкой сказала она. – Мне так хорошо с тобой! Я осталась бы здесь на всю жизнь – если бы это было возможно…
А потом она поднялась и начала танцевать. Ей даже показалось, что она слышит тихую музыку – может, это была музыка волн, а может – ее сердца. Она закрыла глаза, и кружилась, кружилась по золотому песку. Ей казалось, что Остров кружится вместе с ней, и в какой-то момент она даже почувствовала на своей талии его сильные руки, которые повели ее так уверенно, будто они репетировали этот танец всю жизнь. А когда она  очнулась от своего наваждения, перед ней стоял молодой мужчина. Он был очень красив. «Красив, как молодой бог», — подумала она. Но «молодой бог» стоял с каким-то странным, растерянным выражением лица, словно пытался что-то вспомнить или стряхнуть остатки сна.
- Я схожу с ума, — сказал он и потряс головой. – Этого не может быть.
Она поняла его – недаром вечерами сидела над учебниками и учила разные языки, которые были в ходу на ее любимых островах.
- Чего не может быть? – улыбнулась она в ответ.
- Вы не поверите… Но сегодня всю ночь я видел вас во сне, — сказал он так искренне, что она сразу поняла – это чистая правда.
- Меня? Мы встречались? – удивилась она.
- Нет! В том-то и дело, что нет. Я только вчера вернулся на остров из деловой поездки. И был уже вечер. Я никого не видел! А сегодня проснулся с рассветом, и мне почему-то захотелось прогуляться по пляжу. И вот – вы…
- И я проснулась с рассветом… И мне тоже захотелось прогуляться по пляжу, пока здесь пусто.
- Когда вы танцевали здесь, я подумал, что вы – Богиня этого острова, — признался мужчина. – Вы здесь живете?
- Нет. Скоро я должна уехать, — ответила она. – Я издалека. Я здесь просто гостила…
- Не может быть, — замотал головой мужчина. – То есть я понимаю, что вы издалека. Но вы должны жить здесь! Не сочтите меня сумасшедшим, но вы и этот остров – как единое целое.
- Я тоже так чувствую, — согласилась она. – Меня не покидает странная мысль, что я здесь уже бывала, и даже жила, и я часто угадываю, что откроется за поворотом.
- Местные легенды говорят, что Остров не может забыть никто, и каждый, кто способен почувствовать его магию, стремится хоть раз вернуться сюда. Даже древние боги  время от времени воплощаются в теле простых смертных, чтобы вновь встретиться с Островом.
- Какая красивая легенда, — медленно сказала она. – На вкус — как красное вино, которое подают в кувшинах в кафе нашей гостиницы. И пахнет розами и медом.
- Вы – Богиня, — пристально глядя на нее, сказал мужчина. – Богиня этого острова. Он вас так просто не отпустит.
- Он? Вы имеете в виду — Остров? – похоже, она даже не особенно удивилась.
- Да. И я. Я тоже вас так просто не отпущу, — решительно сказал мужчина.

Скромная серая скорлупка учительницы географии, которую так старательно растворял Остров на протяжении всего ее пребывания, тихо треснула и опала шелухой к ее ногам. На золотом песке стояла Богиня – юная, немного растерянная, только привыкающая к своей новой роли.
Оставшееся до отъезда время она провела со своим новым другом. И он смотрел на нее такими влюбленными глазами, что она действительно чувствовала себя Богиней. Ее друг возил ее по самым чудесным уголкам острова, в которые не попадают обычные туристы, и она все чаще и чаще понимала, что откуда-то знает, помнит эти места. Они плавали в море, и танцевали ночью под крупными южными звездами, и говорили обо всем на свете, и были счастливы, как дети. Или как Боги. Остров ликовал. Его план оправдался! Он сумел стать для нее Островом Любви и очень радовался этому.
А потом наступил день, и она уехала. Но ненадолго! Только уладить свои дела – и сразу вернуться. Ведь Остров не мог долго жить без своей так счастливо обретенной Богини. А Богиня – без Бога.

Наверное, каждый захочет знать, где расположен этот Остров. В этом нет никакого секрета. Он расположен везде! Если в вашем сердце живет Любовь, а помыслы чисты и бескорыстны – вы обязательно попадете на свой Остров. И он вас мгновенно узнает и  никуда не отпустит. Потому что у островов тоже есть душа, и каждый из них мечтает стать для кого-нибудь Островом Любви.
Автор: Эльфика

+1

340

Ассолька,  http://ukamina.ucoz.ru/sml/clap.gif
http://sa.uploads.ru/t/zp1sH.png

0


Вы здесь » Lilitochka-club » Литература » Сказки для взрослых


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC